Идеалы красоты это: Идеал не в тренде – Огонек № 43 (5638) от 02.11.2020

Содержание

Идеал не в тренде – Огонек № 43 (5638) от 02.11.2020

Единый эталон красоты уходит в прошлое, утверждают ученые. Сегодня у нас много разных эталонов, и все равноправные. Что будет скоро считаться красивым, выяснял «Огонек».

Кирилл Журенков

Кажется, человечество вконец запуталось, что считать красивым. А может, наоборот: наконец-то нашло красоту там, где раньше ее не видело. Уже мало кого можно удивить небритыми подмышками у звезд (от Джулии Робертс до скандальной модели Эмили Ратаковски), подчеркивающими их естественность, но как вам… накладки-парики на подмышки? Такой «парик», сделанный специально для съемок, недавно продемонстрировала модель Кара Делевинь! А вот очередной тренд: отращивать волосы в этом месте, а затем красить их в разные яркие цвета. Или такая примета: сегодня уже не удивить подиумы пожилыми моделями, но, к примеру, 60-летняя Джоанна Чемберлен из Британии покорила интернет, снявшись топлес!

Что говорят об изменениях в канонах красоты академические работы? «Огонек» уже обращался к этой теме несколько лет назад (см. № 45 за 2017 год). Однако новое исследование, проведенное отечественными психологами из Московского педагогического государственного университета и Самарского национального исследовательского университета им. академика С.П. Королева, добавляет и новые краски — позволяет понять, как женскую привлекательность воспринимают современные жители мегаполиса. Охват — несколько крупных российских городов: Нижний Новгород, Самара и Москва. А наиболее неожиданный вывод, полученный в ходе опроса: оказывается, более половины наших мужчин (58 процентов) в первую очередь обращают внимание на поведение женщины при общении с ней, а не на ее внешность. Тот же показатель у женщин гораздо меньше — всего 30 процентов. Зато 44 процента женщин в первую очередь смотрят на лицо. Мужчин, которые прежде всего смотрят на женское лицо, вопреки стереотипам заметно меньше — 28 процентов.

При этом по поводу понятия красоты в целом разногласий у респондентов нет. Все они так или иначе называют внешние данные: от правильных черт лица и пропорционального тела до здоровой кожи. Но подчеркивают, что и про «духовность» забывать не стоит.

— Внешняя красота остается важным подспорьем для женщин в достижении жизненного успеха, какое бы содержание в это понятие ни вкладывали,— говорит один из авторов исследования, профессор Московского педагогического государственного университета Елена Сорокоумова.— Я встречала исследования о том, какие части своего тела женщины ценят наиболее высоко, в разные периоды развития общества представления о них менялись: то больше ценились ноги, грудь, то лицо, то фигура. В этом контексте интересно, что наши респонденты говорили не только о физической красоте, но и о красоте, выраженной в поведении. Внешность — это далеко не все.

И все же, можно ли замерить, насколько привлекательная внешность помогает людям в жизни? Такие попытки действительно предпринимались. Ну, к примеру, профессор социологии Копенгагенского университета Мадс Мейер Йегер обработал данные так называемого лонгитюдного исследования выпускников средней школы в Висконсине (США), проследив их жизнь до определенной точки. Он обнаружил, что более высокие мужчины имели и более высокий заработок. Или что социально-экономический статус более привлекательных внешне и более стройных женщин (этот показатель замерялся по индексу массы тела) в конце карьеры оказался выше, чем у остальных. При этом исследователь подчеркивает: «привлекательность не оказывает значительного количественного влияния на социально-экономические и семейные результаты». Понимай, как хочешь!

Обратимся к его коллеге Дэниэлю Хамермешу, профессору экономики из Техасского университета в Остине. В своих работах ему удалось в буквальном смысле высчитать цену красоты. Оказывается, привлекательные люди зарабатывают в среднем на 3–4 процента больше, чем люди с внешностью «ниже среднего». По оценкам профессора Хамермеша, в среднем за жизнь среднестатистический «красавчик» получает на 230 тысяч долларов больше, по крайней мере в США.

Даже человек со «средней» внешностью, скорее всего, заработает за свою жизнь на 140 тысяч долларов больше, чем тот, кого бог обделил внешними данными. Вот и получается: красота и правда приносит деньги!

Но вернемся к тому, что мы сегодня понимаем под красотой. Вопрос непраздный.

— Красота — это конвенция, своего рода договор между неким количеством людей о том, что считать красивым,— говорит культуролог и шеф-редактор журнала «Теория моды: одежда, тело, культура» Людмила Алябьева.— Одно время идеалы белокожей европоцентричной красоты воспроизводились практически по всему миру: чернокожие люди пытались отбеливать кожу, выпрямлять волосы, жители Азии решались на пластические операции по изменению разреза глаз, чтобы подстроиться под этот стандарт. Но эта эпоха уходит в прошлое. Сегодня мы видим конец одной, единой для всех неизменной красоты. Благодаря новым медийным площадкам идеал красоты диверсифицируется, и речь не только о бодипозитиве (общественном движении за право комфортно ощущать себя в любом теле.—

«О»). Мы наблюдаем беспрецедентное разнообразие в сфере модельного бизнеса, в рамки красоты попадает все больше людей. Так что я как теоретик вижу здесь не конец чего-то, а, скорее, начало нового. Открытое поле новых возможностей.

Что ждет нас в будущем в этом мире разнообразной красоты? Эксперты и футурологи соревнуются в том, чтобы удивить прогнозами. К примеру, футуролог Дэвид Тэл из исследовательской и консалтинговой фирмы Quantumrun Foresight рисует удивительную картину мира, где косметику можно будет печатать дома на 3D-принтерах, это произойдет в течение ближайших 10 лет. А значит, будут доступны любые цвета и возможности! Представьте, к примеру, лак для ногтей, который мгновенно меняет цвет с помощью команды от вашего мобильного приложения... Интерактивная красота? Почему бы нет! А вот другой футуролог моды Джеральдин Варри и вовсе дает прогноз по конкретным десятилетиям: допустим, в 2068–2078 годах в моду войдут яркие дреды в африканском стиле, а в 2078–2088-х — панк, тату-граффити и камуфляжный макияж, символизирующие протест против цифровых технологий… Сбудутся ли столь смелые прогнозы, теперь исключительно вопрос времени. И все же кое-что о будущем нашей красоты понятно уже сейчас.

Как отмечает Людмила Алябьева, мода движется по спирали, так что нельзя исключать, что в какой-то момент человечество захочет вернуться к некоей унифицированной красоте. И все же сейчас эксперт больше склоняется к тому, что разнообразие идеалов красоты будет лишь нарастать.

— Сегодня очевидно движение к комфортным, спокойным отношениям со своим телом и внешностью, эту тенденцию еще больше усилили пандемия и карантин,— говорит Алябьева.— Комфорт во всем, забота о себе и собственном теле — вот это сегодня нужно людям от моды и красоты. Так что мы вряд ли вернемся к каким-то жестким, ригидным идеалам. Наличие современных медийных каналов, многообразие информации, разнообразие стилей, форм и красоты в целом — все это уже невозможно отбросить. Так что, скорее всего, пути назад, к единому идеалу, нет, нравится это кому-то или не нравится.


Взяли моду Женщины всегда стремились походить на кинозвезд. Кто придумал эти идеалы красоты?: Стиль: Ценности: Lenta.ru

Связь женской привлекательности и моды обычно трактуется самым очевидным образом: чтобы лучше выглядеть, нужно модно одеваться. Однако на протяжении последних ста лет у моды был и обратный эффект. «Лента.ру» разбиралась в том, почему в разные десятилетия в моду входили различные типы женской красоты.

Художники пытались запечатлеть красоту с того самого момента, как взяли в руки первые инструменты: палочку для черчения по песку, уголь для рисования на стенах пещер, комок глины для лепки и кремневый резец для высекания узоров на камне. Женское тело и женская красота были одной из первых тем в человеческом творчестве — наряду с охотой, военными подвигами и священными обрядами.

Впрочем, самые древние изображения женщин служили не эстетике, а культовым целям, поэтому не стоит думать, что тучные, с большими животами и огромной грудью «неолитические мадонны» воплощали идеал красоты древнего человека. Скорее, это было символическое изображение мечты об изобилии и плодородии. Однако уже в Древней Индии появлялись скульптурные композиции, изображающие прекрасных женщин именно как воплощение эталона женской красоты. Об эталоне и канонах прелести и привлекательности девушек и женщин говорится и в древнейших письменных памятниках.

В древнеиндийских текстах воспеваются пышнобедрые, высокогрудые и густоволосые красавицы с тонкой талией, большими глазами и маленьким ртом. У древних китайцев ценились «луноликие» — широкоскулые девушки с максимально для китаянок светлой кожей. Подробнейшее описание красивой женщины, исполненное поэтических эпитетов и метафор, можно прочесть в ветхозаветной «Песне Песней», якобы сочиненной легендарным царем Давидом. Основные требования к девичьей внешности диктовались соображениями здоровья, в первую очередь репродуктивного: у женщины должна была быть чистая кожа, хорошие волосы, ясные глаза, развитая грудь и широкие бедра, что особо отмечалось ввиду ее потенциального материнства.

Позже красавиц описывали в стихах и изображали всеми возможными способами: от мраморных статуй Фидия и Праксителя и византийских мозаик до Кановы и Родена, от живописи Тициана и Рубенса до Дега и Ренуара, от древних арабских книжных миниатюр до графики Тулуз-Лотрека.

На всем протяжении истории искусства изображения привлекательных женщин воспринимались как своего рода «модные картинки». Художник рисовал своих современниц в изысканных одеяниях, бывших модными в его эпоху, и они становились эталонами, определяющими моду в отделке платья, украшениях и прическе. Портреты любовницы французского короля Карла VII Агнессы Сорель, любившей позировать в декольте, полностью обнажающем грудь, повлияли на моду оголять плечи и бюст, продержавшуюся не одно столетие.

В конце XVIII века рисунки женщин в платьях и шляпках получили вполне прикладное значение: их рассылали из Парижа, Лондона и других европейских столиц в глухую провинцию, и мелкопоместные польские, австро-венгерские, финские или русские дворянки и мещанки могли наслаждаться парижскими фасонами в посильном исполнении провинциальных портних.

Однако ни в Средние века, ни в эпоху Ренессанса, ни в Новое время искусство не было настолько массовым, чтобы определять общенациональные (не говоря уже об общемировых) стандарты женской привлекательности, влияющие на сознание сотен тысяч людей одновременно. В древности жители отдаленных деревень и маленьких городов могли ни разу за всю свою жизнь не увидеть никаких женских изображений, кроме тех, которые были написаны на стене местного храма местным же (и, скорее всего, не слишком умелым) живописцем.

Все изменило появление многотиражных иллюстрированных газет и журналов, фотографии, а затем кино. Теперь все, даже традиционалисты-домоседы, знали, как выглядят самые богатые, красивые, успешные, привлекательные — словом, «эталонные» — представители поколения. Как мужчины, так и, разумеется, женщины. И это породило ныне всем привычный, но по сути своей поразительный феномен: моду на тип внешности.

Одним из первых подробно описал это явление уже в наши дни знаменитый итальянский писатель, лингвист и семиотик Умберто Эко. «Моде на внешность» он посвятил одно из своих эссе для газеты L’Espresso (выпущенных отдельной книгой под названием «Картонки Минервы»). В тексте 1999 года «Кто похож на Жерара Филипа» Эко утверждает, что заданный кинематографом и таблоидами эталон красоты (как правило, ассоциирующийся с одной или несколькими знаменитостями), заставляет множество девушек и женщин соответствующего поколения подражать им, изменяя свою внешность: «Мода настолько заразительна, что вторгается в глубокую морфологию, и индивидуум, сраженный ленью, предоставляет выбор собственного облика на волю средств массовой информации».

Эко смело (и небезосновательно) предположил, что та или иная модная кинозвезда, певица или (позднее) спортсменка, фотомодель или телеведущая задает тон во внешности практически всему своему поколению, а те, кто ему не следуют, рискуют остаться без любовных связей, отношений и даже брака. Поэтому, скажем, в годы расцвета популярности французской киноактрисы Брижит Бардо все желающие быть привлекательными девушки пергидролили волосы, начесывали «бабетту», подражали макияжу Бардо и ее манере одеваться — и не потому даже, что Брижит так уж сильно им нравилась, а потому, что боялись остаться не у дел. Писатель считает, что в «эпоху Брижит» женщины, похожие на кинозвезд немого кино или 1930-1940-х годов, «не считались интересными с эстетической или сексуальной точки зрения».

Вероятно, в этом подходе было немало присущей Умберто Эко иронии, и он преувеличивал, утверждая, что мода на лица «осуществляет чуть ли не расистскую селекцию», и что женщины, «родившиеся не в свое десятилетие», неинтересны мужчинам и фатально обречены на одиночество. Между тем практика показывает, что даже «подражательниц Брижит» (в широком смысле) на всех мужчин не хватит, и шансы на удачный брак есть даже у женщин, похожих на кинозвезд 1920-х годов (или вовсе не похожих ни на каких кинозвезд). Однако в целом реакция женщин на феномен эталона красоты эпохи средств массовой информации довольно показательна: многие из них действительно накручивали «бабетту», как у Бардо, морили себя голодом, чтобы быть тоненькими, как Одри Хепберн или позже Кейт Мосс, делали перманент или выбеливали волосы, как Шэрон Стоун, и тому подобное.

«В прошлые века универсальных моделей не было, — то ли в шутку, то ли всерьез сетовал Эко. — Маркиза Помпадур или пастушка из Каринтии могли по каким-то причинам нравиться или не нравиться, но не потому, что их сравнивали с образами, мелькающими на телевидении и в журналах».

Очень показательно, что даже далекие от массовой культуры XX века люди могут примерно сказать, кому подражали желающие встретить свою любовь или хотя бы выйти замуж девушки каждого десятилетия. В 1910-е это была кинозвезда Мэри Пикфорд (в России — Вера Холодная), в 1920-е — смелая экспериментаторка Коко Шанель, ставшая первой «медийной модельершей», в 1930-е — платиновые блондинки с впалыми щеками, похожие на Марлен Дитрих, и совершенные красотки в духе Греты Гарбо, в 1940-е — «сильные женщины с тайной в душе» вроде героини Ингрид Бергман в «Касабланке», в 1950-е — пышногрудые Софи Лорен и Мэрилин Монро.

1960-е прошли под знаком мальчишеской хрупкости Одри Хепберн и Твигги и бешеного сексапила Брижит Бардо, 1970-е — диско Фарры Фоссет и «сложные лица» вроде Анук Эме или Джейн Биркин, 1980-е — агрессивная привлекательность, перманент и мелирование, Мадонна и Шэрон Стоун, 1990-е — великие супермодели (включая признанный афробританский секс-символ Наоми Кэмпбелл), 2000-е — испанская и итальянская сочная красота Джей Ло, Пенелопы Крус, Моники Белуччи и, наконец, 2010-е — повальное увлечение интернет-инфлюэнсершами во главе с Ким Кардашьян.

Интересно, что социалистическая идеология требовала, чтобы СССР шел своим путем даже в сфере сексуальных предпочтений, но ничего не могла поделать с человеческой природой. Мешковатые, простонародно выглядящие ударницы производства и жены генсеков вроде Нины Хрущевой и Виктории Брежневой не вызывали у молодых мужчин желания за ними ухаживать, а у женщин — желания им подражать. Подражали Любови Орловой, похожей на Дитрих, Элине Быстрицкой, вызывающей ассоциации с богатой средиземноморской красотой, пышнокудрой эстрадной звезде Алле Пугачевой, коротко стриженной Евгении Симоновой. Как бы ни пытались идеологи «нового человека» навязать советским гражданам «прогрессивную этическую эстетику», мода на внешность жила по своим законам.

Вероятно, подражательность сохранится и впредь до тех пор, пока существуют массмедиа и (тем более) социальные сети, поскольку она заложена в человеческой природе. Единственное изменение, которое принесли нынешним молодым женщинам прогресс и глобализация, — то, что сейчас образцов для подражания неизмеримо, многократно больше, чем в те времена, когда все мечтавшие о замужестве девушки красились под Брижит Бардо.

Например, совершенно четким современным трендом последних нескольких лет можно считать ориентир на бодипозитив. Модели plus size, такие как Тэсс Холидей или Рози Мерчадо, уже не остаются в тени своих конвенционально худеньких коллег по профессии, а занимают обложки журналов и прайм-тайм телеканалов. То, что в прежние времена было стыдливо «задвигаемым» в тень узконишевым сегментом одежды для людей с «недостатками», сейчас признается не только нормой, но и примером для подражания.

По сути, выйдя из тени, красавицы с пышными формами сделали «видимыми», признанными и желанными миллионы женщин, чьи фигуры и лица похожи на них. Если Тэсс или Рози может быть сексапильной и желанной, то столь же сексапильной и желанной, а значит, и востребованной на «рынке отношений» может быть и любая ухаживающая за собой девушка с формами.

Точно так же «видимыми» стали женщины с потерей пигментации кожи — витилиго — после появления на подиумах афроамериканской модели Винни Харлоу. Винни, витилиго у которой проявилось еще в детстве, сверстники дразнили «коровой» из-за особенностей кожи, а сейчас она покоряет подиумы и подписывает миллионные рекламные контракты. Девушки, которые живут с теми же особенностями, сейчас могут не обмазываться с ног до головы тональными кремами, скрывая свое «уродство», а спокойно принять красавицу Харлоу за ролевую модель: витилиго становится чертой, подчеркивающей их индивидуальность.

Расширение рамок женской красоты и принятие обществом все расширяющегося разнообразия в этом вопросе — не снисходительное проявление толерантности просвещенного общества, а осязаемое и очевидное изменение восприятия стандартов как таковых. Молодые женщины будут так же стремиться походить на кого-то, но теперь им предлагается не десяток «эталонных» женщин с строго определенными параметрами внешности, а множество самых разных ролевых моделей, среди которых куда легче найти свой — и не навязанный, а добровольно выбранный. Что не может не радовать всех, кто не готов завтра же участвовать в конкурсе «Мисс Вселенная».

женская красота, идеалы красоты, идеал женщины в разные века

Прошерстив не один десяток толковых словарей и кликнув более, чем по сотне ссылок, удачнее определения красота, чем его в прошлом столетии дал Альбер Камю, я не нашла. «Красота — это вечность, длящаяся мгновение». И сегодняшний смысл изречения далеко не в декадентстве, экзистенциализме или гиперэстетизме, нет.

Сегодня происходит то, что Умберто Эко назвал «политеизмом красоты». Наши эстетические идеалы менялись настолько часто, что идеалов не осталось вовсе, а в связи с технологическим развитием, человеческое восприятие изменилось настолько сильно, что мы перестали относится к телу, как к чему-то данному природой, богом, генами, теперь наше тело — пластилин, так легко поддающийся лепке. Изучая историю канонов красоты этому сложно не порадоваться.

Со школьных лет врезалось в голову изображение идеала женского тела времён палеолита. Большая грудь, свисающая на большой живот, свисающий на большие бёдра. Казалось бы, на любителя, но в то время именно такой силуэт воплощал требования эпохи: выносливость, способность к воспроизведению потомства. Никаких черт лица или определённых предметов гардероба — было не до этого.

То ли дело Древний Египет. Стройные, подтянутые тела, ухоженность, даже холеность. Гладкая сияющая кожа после регулярных эпиляций, масок и ванн. Макияж и обязательно чётко подведённые стрелки и густо прокрашенные брови. Помада, подчеркивающая припухлость губ, лак на ногтях, пару капель парфюма на запястье, зону за ушами и ложбинку на груди. Ничего не напоминает?

Древняя Греция, а за ней и Рим внесли свою лепту и ввели новые каноны красоты. Тело должно оставаться стройным, внешность — ухоженной, но прекрасным может быть только пропорциональное, симметричное, гармоничное. Изображения Афродиты и статуя Венеры Милосской тому пример: 86/69/93, средний рост; лицо делится на три равные части: от макушки до бровей, от бровей до кончика носа, от кончика носа до подбородка, расстояние между глазами равное ещё одному глазу, соотношение размера глаз к губам 1:1,5; волосы светлые, глаза голубые. Только попробуйте родиться не такой. Косметика роди особо не помогала, в моде была естественность.

Но эти, казалось бы, строгие правила, пугают не так, как дальнейшее развитие представлений о женской красоте. Если Средневековье ассоциируется у вас с пытками под эгидой Святой Инквизиции, не забывайте о мучениях, испытываемых ежедневно женщиной в погоне за недостижимыми идеалом. Все плотское считалось грешным, человек — это его кающаяся душа и духовность, которые можно было продемонстрировать только мертвецкой бледностью, полуобморочный состоянием, истощённостью тела, окутанного слоями тяжелой ткани. Светлые волнистые волосы тщательно убирались под чепчик, все, что из-под него выглядывало — сбривалось, а для надёжности, чтобы воспрепятствовать дальнейшему росту наносились составы из золы, крови лягушек или летучих мышей. Если многочасовые пешие паломничества, молитвы на церковных службах и скудный рацион недостаточно подчёркивали аскетизм и анемичную бледность, в ход шли краски и белила. Естественно, никакого макияжа, боже упаси.

Свободно вздохнула женщина, шагнувшая за рубеж эпохи Возрождения. Сняла чепчик, распустила волосы, начала их отращивать и даже красить, чтобы добиться модного тогда золотистого цвета. А ещё, наконец-то хорошо поела. Красивое тело времён Ренессанса имеет округлые, пышные формы. Полные бёдра, сильные плечи и шея, и обязательно такая развитая грудь, чётко просматривающаяся из декольте. Развитие науки, гуманизм, торжество жизни чётко утвердили образ прекрасной половины человечества, узнаваемый нами благодаря полотнам художников Северного Возрождения — Рембрандту и Рубенсу.

Представительнице эпохи барокко хочется сказать спасибо за то, что ввела в моду чулки, укоротила юбку, увеличила разрез декольте, украсила камнями и вышивкой нижнее бельё. Она начала пропагандировать нарочитую соблазнительность и эротизм, отбросила смущение и все больше привлекала внимания к своей груди.

Годы рококо, как логичное продолжение такой философии, украсили платья кружевом, бантами и рюшами. Обязательный парик стал произведением искусства, его дополняли цветы, фрукты, овощи и даже птичьи гнёзда. Конструкции достигали невообразимых размеров и весили десятки килограммов. Дама с такой прической не умещалась в карету и была вынуждена путешествовать стоя на коленях на полу. Приветствовалась умеренная упитанность и обязательная аристократичная бледность. Пудра наносилась на все тело, особенно плотно на лицо, чтобы добиться фарфорового эффекта.

Позднее такой гротеск вытесняет тренд на естественность. Женщина избавляется от тяжелого парика, отказывается от части украшений и всячески подчеркивает свою природную красоту. Она изящна, стройна, но не лишена женственных форм. Носит легкие струящиеся платья из прозрачного тонкого муслина. Эпоха Романтизма диктует необходимость читать и плакать над прочитанным, быть натурой тонкой, чуткой и сентиментальной. Такой характер подчеркивала все та же белая кожа, которую достигали приемом уксуса, лимонного сока, толченого мела, и темными кругами под глазами — те появлялись после бессонных ночей и эстетического плача (лить слезы нужно было в меру, чтобы ни в коем случае на скулах не появился румянец и нос не покраснел). Еще не так давно вошедшие в моду шатенки оказались снова не у дел — теперь волосы должны быть не просто светлыми, а даже обесцвеченными. Императрица Евгения, супруга Наполеона III научила придворных дам для этих целей пользоваться перекисью водорода, и вскоре вместе с Францией к такому методу прибег весь мир.

Промышленные революции, перекрой общественного порядка положил конец экзекуциям, которым подвергали себя жертвы моды. Здоровая, крепкая, загорелая женщина, работающая в огороде или у станка и которой нет никакого дела до моды и светских мероприятий — вот идеал того времени. С твёрдым характером, устойчивой психикой  и в удобной практичной простой одежде.

Повсеместная смена политического строя подготовила почву для появления нового, совершенно иного, но уже такого близкого нам канона красоты.

20-й век можно охарактеризовать не только внешними общественными изменениями, но и ощущением шаткости положения человека в мире, конца эпохи, упадка, религиозного застоя. Женщина времён Декаданса и Первой мировой войны непомерно худа, с угловатыми чертами лица и мальчишеским телосложением: маленькая грудь, узкие бёдра. И причёска непременно мальчишеская.

Эмансипация сделала своё дело — укоротила подол юбки, длину волос, позволила женщине зарабатывать, голосовать и много курить. Облачённая кольцами дыма из мундштука, с томным трагичным взглядом женщина уровнялась правами с мужчиной. А лишивший даму корсета Пуаре позволил ей вздохнуть полной грудью.

Появились кутюрье, модные дома, начались показы мод. Тенденции в дизайне и женском облике начали меняться каждое десятилетие, если не чаще.

К коротким прямым волосам добавились завитки, на бледное лицо наносились яркие румяна и помады, выйти в 30-е на улицу без макияжа считалось моветоном.

Нещадно выщипывались брови и прорисовывались затем карандашом, на веки наносились тени, шею украшали бусами.

Межвоенное время, несмотря на экономический кризис и ужасы, увиденные годами ранее, научили людей радоваться жизни и наслаждаться сегодняшним днём. Женщины подражали своим кумирам из Голливуда и молились на своего кутюрье.

Конечно, 40-е все изменили. Вторая мировая война вытеснила и моду, и радость жизни, да и всю жизнь. Дамы носили костюмы, похожие военную форму, утягивали талию плясом, подшивали к пиджаку массивные подплечники, обували танкетку и каблук, мало внимания уделяли фигуре, макияжу и причёске. Пока не закончилась война, а Кристиан Диор не создал свой легендарный new look.

В 50-е силуэт из грузного стал плавным, обтекающим, женственным. Юбка удлинилась, каблук укоротился, а женщина снова стала такой изящной и элегантной. Вновь начали наносить макияж: яркая помада, румяна, тушь, тени. Волосы завивались, выпрямлялись или собирались в пучок. Что до идеалов красоты, то как тут не упомянуть легендарную Мэрилин — женственная фигура по типу песочных часов, соблазнительная внешность и дышащие эротизмом манеры. Кто, как не она, создала почву для шестого десятилетия прошлого века.

60-е ознаменовались сексуальной революцией, бунтом молодости, дерзости и уверенности в себе. Каноном красоты послужила модель Твигги — высокая, худая, с большими выразительными глазами, подчеркнутыми стрелками.

Длина платья в очередной раз укоротилась, а вместо драгоценных украшений женщины надели на себя бижутерию. Начавшие появляться тогда и просуществовавшие на пике популярности десятилетие позже хиппи — дети цветов — ввели в моду яркие, сочные цвета, пэчворк, расклешенные джинсы, длинные волосы,  а также философию свободной любви, возвращение к естественной красоте, восхищение дарами природы и наркотиками. В 70-х превозносят женщину высокую, стройную, с прямым силуэтом простого кроя, которая часто не носит бюстгальтер, зато всегда ратует за свою активную гражданскую позицию.

Рост благосостояния наций, экономический подъем, торжество капитализма в 80-е видят своим идеалом женщину, привыкшую к нарочитой роскоши. Соскучившаяся по украшениям из драгоценных металлов, она как будто надевает на себя все, что десятилетие пылилось в сундуке. Её достаток подчёркивает спортивная, подкачанная фигура. Все свободное время она проводит на аэробике, поэтому часто носит спортивную одежду.

Если она — не домохозяйка, то непременно деловая женщина в дорогом костюме и с мужскими амбициями. Она дышит здоровьем, силой и богатством, а вместо декоративной косметики отдаёт предпочтение уходовой.

Неустанный маятник канона красоты, устав от напыщенности, в 90-х качнулся снова к минимализму и изящности, образ того времени — супермодели — высокие, красивые, с идеальными золотыми параметрами 90/60/90.

Четких правил в моде и искусстве макияжа больше нет — каждая знает, как замаскировать свои недостатки и подчеркнуть достоинства. Она экспериментирует с прической, ухаживает за телом и не боится принимать радикальные решения в личной жизни и карьере. Если её предшественница демонстрирует сексуальность, красавица 90-х делает выбор в пользу унисекса. А размышляя о миллениуме и возможном конце света, громко смеётся.

Современный нам 21-й век никак, кроме упомянутого ранее определения Эко, охарактеризовать нельзя. Сегодня красиво и очень худое тело, и полное, и стройное, подтянутое. Сегодня в моде бодипозитив и философия принятия своих параметров, и диеты с регулярными спортивными тренировками, антицеллюлитный массаж и операции, подчёркивающие скулы. Сегодня считается красивым и платье Elie Saab, и провокационные наряды Vetements. Женщина нашей эпохи утром пьёт зелёный смузи с ягодами годжи и семенами чиа, что не мешает ей вечер проводить в баре, а ночью танцевать. 21-век — это эпоха свободы, возможности реализовать себя. Нет никаких канонов, мы сами себе канон и идеал.

Это уникальное время, которое является подарком за тысячелетия мучений и лишений женщины в погоне за идеальным образом. Единственное царящее правило заключается в том, что правил больше нет. И кто знает, возможно, если мы откажемся от канонов и не создадим себе кумира следующего десятилетия, наши дети не станут ломать шею под тяжестью париков, не испортят обмен веществ от диеты, кожу от уксуса, а рёбра от сдавливающего их корсета. Может быть, для них узнавать такие подробности из истории идеалов красоты в разные эпохи будет более дико, чем для нас.

Автор статьи: Ксения Катан

Комментарии

КРАСОТА КАК СОЦИАЛЬНЫЙ ФЕНОМЕН

Тимощук М.Г., Гузенина С.В.

КРАСОТА КАК СОЦИАЛЬНЫЙ ФЕНОМЕН

Тамбов, Россия
[email protected]
 

Человеку всегда было свойственно стремление к красоте. Живя в неимоверно трудных условиях, народ создавал подлинные шедевры, стараясь украсить росписью, вышивкой, резьбой нехитрые предметы своего обихода. Однако понятие красоты, включающее в себя целый комплекс внешних и внутренних качеств человека, менялось с течением времени.

Каждая историческая эпоха рождала свое представление о красоте. Оно складывалось в соответствии с теми или иными климатическими условиями, политическими, экономическими и другими особенностями общественной жизни, в соответствии с которыми в коллективном сознании возникают стереотипные представления об этике и эстетике,  нравственности и морали, духовной жизни, и даже связана с обычаями, традициями и приметами, а также особенностями  быта различных народов, классов и сословий. По этой причине, как бы это не показалось странным, красота является не только эстетической, но, во многом, и социальной категорией. В течение столетий те или иные изменения идеалов красоты, формы и кроя одежды оставались социально-заданными, поскольку отражали эстетические требования элиты — небольшой привилегированной части общества. Характер одежды многие века строго соответствовал сословным различиям: дворяне, купцы, ремесленники, крестьяне — для каждого сословия существовали определенные формы и виды одежды, тканей и украшений.

Многие великие умы человечества размышляли о тайнах и законах красоты, о природе прекрасного. В частности, Бодлер писал, что она состоит из двух элементов — одного вечного и неизменного, не поддающегося точному определению, а другого - относительного и временного, складывающегося из того, что дает данная эпоха, — мода, вкусы, страсти и господствующая мораль. Непременными условиями «вечной и неизменной» красоты были и остаются симметрия, гармония, взаимное соответствие всех черт и пропорций, законченный целостный образ, чувство подлинной жизни[1].

Изменение эстетического идеала не исключает единого для всех главного качества в самых разных типах красоты — гармонии[2].

Как бы ни отличалась неповторимая египетская царица Нефертити от античной Венеры Милосской, прекрасная флорентийка Симонетта от таитянских красавиц Гогена или великолепные пышнотелые женщины, воспетые Рубенсом, от спортивного типа нашей современницы — все они предполагают в своем облике определенную гармонию, то есть такое взаимное соответствие всех черт и пропорций, которое создает законченный и целостный образ.

Каждое поколение определяет свой идеал красоты, и в первую очередь это касалось женщин, так как вопросам красоты мужчин всегда уделялось меньше внимания. Почти одновременно с появлением человека возникает косметика, сохраняющая красоту, подчеркивающая достоинства и маскирующая недостатки. Уже на самых ранних этапах своего развития человек стремится к чистоте и украшению тела, к избавлению с помощью различных средств от видимых недостатков внешности. Разумеется, это связано с желанием социальных контактов, причем успешных[3].

Идеалом красоты Древнего Египта была стройная и грациозная женщина. Чтобы расширить зрачки и придать блеск глазам, женщины Египта капали в них сок из растения «сонная одурь», которое затем получило название беладонны. Самым красивым цветом глаз считался зеленый, поэтому глаза обводили зеленой краской из углекислой меди (позже ее заменили черной), их удлиняли:  к вискам подрисовывали толстые, длинные, брови. Зеленой краской (из растертого малахита) красили ногти и ступни ног.

О чистоте крови говорили также прямой нос, благородной формы лоб, гладкие, но жесткие волосы цвета воронова крыла и изящные руки и ноги, украшенные браслетами.

Ассирийцы и вавилоняне чернили брови и ресницы, густо белили и румянили лицо, женщины покрывали свои лица особыми составами, которые, подсыхая, придавали лицу блеск и твердость эмали, красили волосы хной и басмой. Этикет предписывал мужчинам тот же грим, что и женщинам, мужчины носили густые парики, накладные усы и бороды.

Представители народа майя, населявшие полуостров Юкатан и другие области Центральной Америки, окрашивали тело красной мазью, в которую добавляли очень липкую и пахучую смолу — стирана. Этой смесью смазывали особый брусок, украшенный узорами, и натирали им грудь, руки, плечи, становясь, как им казалось, очень нарядными и приятно надушенными.

В древнем Китае идеалом красоты была маленькая, хрупкая женщина с крошечными ногами. Чтобы ножка оставалась маленькой, девочкам вскоре после рождения туго бинтовали стопу, добиваясь прекращения: ее роста. Женщины белили лица, румянили щеки, удлиняли брови, красили ногти в красный цвет. Мужчины отращивали длинные волосы и заплетали их в косу.

Особо красивыми считались у мужчин и женщин длинные ногти,  они являлись символом достоинства и богатства, подчеркивали высокий социальный статус [4.] За ногтями тщательно ухаживали и для сохранения их надевали специальные, украшенные «наперстки» из драгоценного металла или кости.

Красавицы Японии густо белили кожу, замазывая все дефекты на лице и груди, лоб по краю роста волос обводили тушью, брови сбривали и вместо них рисовали короткие толстые черные черточки. Замужние женщины в феодальной Японии покрывали зубы черным лаком. Идеальным считалось собирать волосы в высокий тяжелый узел, который поддерживался длинной узорчатой палочкой. Чтобы спать с такой прической, под шею подкладывали специальные подушечки на деревянной подставке. Мужчины рисовали или наклеивали фальшивые усы и бакенбарды, выбривали себе лоб и затылок, а на макушке собирали волосы в красивый пучок, который завязывали эффектными шнурами. Японцы тщательно ухаживали за своим телом. Они мылись в необыкновенно горячей воде, смазывали тело специальными мазями, применяли паровые ванны.

В Древней Греции огромную роль в воспитании гражданина и человека играла  физическая культура, естественным был культ тренированного тела. В основе идеала красоты грека лежит единство: гармония духа и тела. Греки считали величину, порядок и симметрию символом прекрасного. Идеально красивым был человек, у которого все части тела и черты лица находились в гармоничном сочетании. Художники Греции нашли и оставили после себя меру прекрасного — так называемые каноны и модули.

Прекрасным считалось лицо, которое можно было разделить на несколько равных частей (три или четыре). По канонам греческой красоты прекрасное лицо сочетало прямой нос, большие глаза с широким межвековым разрезом, дугообразными краями век; расстояние между глазами должно было быть не менее величины одного глаза, а рот в полтора раза больше глаза. Красоту лица определяли: прямые линии носа, подбородка, невысокий лоб, обрамленный завитками волос с прямым пробором [5]. Юноши брили лицо и носили длинные завитые локоны, перехваченные обручем. Взрослые мужчины носили короткие волосы, круглую бородку и усы. В моде была красота строгая и благородная. Прежде всего, ценились голубые глаза, златокудрые волосы и светлая, блестящая кожа.

В Древнем Риме был культ светлой кожи и белокурых волос. Апулей считал, что вряд ли Вулкан женился бы на Венере, а Марс влюбился в нее, если бы она не была златокудрой. Светлые вьющиеся волосы считались идеалом красоты, и римские парикмахеры придумывали самые разнообразные завивки. В моду входили то греческие прически, то египетские а-ля Клеопатра. В период империи их сменяют высокие прически на веерообразных каркасах, с накладками из искусственных волос. У мужчин прямые, начесанные на лоб короткие волосы, лицо бритое или небольшая завитая бородка. В историю вошла прическа «голова Тита» из коротких локонов с бакенбардами, названная так по имени римского императора Тита Веспасиана.

С упадком Рима эпоха воспевания красоты сменилась культом аскетизма, отрешенности от радостей восприятия мира[6].

В средние века социальные условия изменили представления о красоте: земная красота считалась греховной, а наслаждение ею объявлялось недозволенным. Фигуру драпировали тяжелыми тканями, которые плотным мешком её скрывали (ширина одежды к росту составляла 1:3). Под чепчиком полностью прятали волосы. Идеал женщины олицетворяла пресвятая дева Мария: удлиненный овал лица, подчеркнуто высокий лоб, огромные глаза и маленький рот.

Важным поворотным моментом в восприятии красоты становится рубеж XII—XIII веков, когда культура приобретает более светский характер [7]. Накопление богатств и стремление к роскоши в рыцарской среде породили идеалы, весьма далекие от аскетизма и умерщвления плоти. В XIII веке расцветает поклонение «прекрасной даме». Трубадуры восхваляют королев рыцарских турниров, их тонкий гибкий стан, подобный виноградной лозе, светлые волосы, продолговатое лицо, прямой тонкий нос, пышные кудри, глаза и кожу (подобную персику), губы (алее, чем вишня или роза летней поры). Женщину сравнивают с розой — она нежна, хрупка, изящна.

В XV веке в период готики в моде S-образная изогнутость силуэта фигуры. Для его создания на живот накладывали небольшие простеганные подушечки — босы. Одежды узкие, сковывающие движения, удлиненные, волочащиеся по полу. Грандиозные головные уборы.

В эпоху раннего Возрождения бледный цвет лица и длинные шелковистые пряди белокурых волос стали канонами красоты женщин Флоренции. Великие поэты Данте, Боккаччо, Петрарка и другие прославляли белоснежную кожу. Идеальными считались стройная «лебединая шея» и высокий чистый лоб. 

 

Позднее Возрождение приносит совсем иное понимание красоты. Вместо тонких, стройных подвижных фигур торжествуют пышные формы, могучие тела с широкими бедрами, с роскошной полнотой шеи и плеч. В моду входит особый, так любимый венецианками золотисто-рыжий цвет волос — цвет, который позже стали называть «цветом Тициана». Телосложение должно быть большое, прочное, но при этом благородных форм. Белый цвет кожи не прекрасен, ибо это значит, что она слишком бледна: кожа должна быть слегка красноватой от кровообращения. Плечи должны быть широкими. На груди не должна проступать ни одна кость. Совершенная грудь повышается плавно, незаметно. Именно такой тип красоты изображен на полотнах Тициана «Любовь земная и небесная», «Портрет дамы в белом» и портретах многих мастеров венецианской школы XVI века, в творениях Рубенса, Рембрандта, Гальса и других художников этого времени[8].

В конце XVI столетия (эпоха рококо) идеал красоты как выражение вкусов высшей аристократии отходит от строгих классических форм: прическа становится нарочито увеличенной формы. В моду входят парики, причем не только для женщин, они становятся обязательными и для мужчин. Главными признаками красоты считали белизну кожи и нежный румянец. Однако в связи с эпидемией оспы почти не было женщин, которые не имели бы каких-либо дефектов кожи. Для того чтобы скрыть эти дефекты и еще больше оттенить белизну лица, распространился обычай украшать лицо маленькими круглыми пластырьками—мушками.

В конце XVIII столетия складывается новый стиль, эстетические идеалы которого заимствованы из античного мира (стиль ампир). Одежда и прическа повторяют элементы античности, выходят из моды парики, румяна, мушки. Декоративная косметика приближается к естественным тонам и не становится самоцелью.

Не раз менялся идеал красоты в XIX веке. В целом мода XIX века тяготела к искусственности. Все естественное, натуральное казалось грубым, примитивным. Здоровый румянец и загар, крепкое, сильное тело были признаками низкого происхождения. Идеалом красоты считались «осиные талии», бледные лица, изнеженность и утонченность.

В 30-е годы XX века эталоном красоты становится романтическая женщина с кукольным лицом, маленьким, пухлым, ярким ртом, с мелкой завивкой [9]. И по-прежнему в моде высокая, худощавая фигура с довольно широкими плечами, тонкой талией и узкими бедрами. Надвигалась Вторая мировая война: в это время женщины почти не пользуются макияжем, лишь иногда подкрашивают ресницы тушью и красят губы. В моду входят короткие стрижки по типу мужских. С середины ХХ века красивая женщина должна быть похожая на популярную тогда модель Твигги – худая до болезненности, с короткой стрижкой и огромными глазами. С этого момента эталоном красоты считается фигура «недоедающего подростка»:  хрупкая, нежная девочка с маленькой грудью.

Даже сегодня идеал женской красоты продолжает испытывать влияние прошлого. Однако современные женщины озабочены правильным питанием и здоровым образом жизни, по этой причине «социальный заказ» рождает новый идеал женской красоты, который можно сформулировать так: подтянутая спортивная фигура, ровный цвет кожи, гармоничность в цветовой гамме, а главное – ухоженность [10].

Социальными атрибутами женской красоты, создающими завершённость образа современной женщины, становятся также: умение вести себя в обществе, вкус, чувство стиля, чувство меры, эрудиция, престижная профессия, чувственность и интуиция. 

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ:

1. Борев Ю.Б. Эстетика. М.: Высшая школа, 2002. - 309с.

2. Вахренева П. Е. Философия красоты К. Леонтьева/ П. Е. Вахренева // Социально-гуманитарные знания. - 2005. - N 5. - С. 258-269. - Библиогр.:  269с.

3. Бычков В.,  Маньковская Н. Эстетика. Вчера. Сегодня. Всегда. Выпуск 5. - М.: ИФРАН, 2012 - 192с.

4. Паке Д. История красоты / Доминик Паке; пер. с фр. Ю. Розенберг. - М.: АСТ: Астрель, 2003. - 128c.

5. Кузнецова Т. В. Древние греки о красоте/ Т. В. Кузнецова //Вестник Российского философского общества. - 2006. - N 2. - С. 178-182

6. Овсянников М.Ф. История эстетической мысли. Учебное пособие. М.: Высшая школа, 1998. - 352с.

7. Свендсен Л. Философия моды. - М.: Университетская книга, 2010. - 254с.

8. Мода, вкус, красота / Н. М. Аршавская, Л. С. Щербакова. - М.: Профиздат, 1991. - 224 с.

9. Денисова Е. В поисках идеала/ Елена Денисова // Крестьянка. - 2007. - N 3. - С. 12-15.

10. Либина А.  Психология современной  женщины: и умная, и красивая, и счастливая... / А. Либина. - М.: ПЕРСЭ,  2011. - 528 с.

Феминизм и красота. Кто придумывает бьюти-стандарты и как они меняются?

Вероника Фонова – алматинская фем-активистка. Она не раз высказывалась в СМИ против патриархальных ценностей. Она же была в числе феминисток, которые 8 марта 2017 года прошлись маршем по Арбату в Алматы.

Также Вероника обладает яркой внешностью и любит экспериментировать с макияжем, её образы в Instagram часто получают положительные отзывы.


Вероника Фонова / Фото Instagtram


Бьюти-стандарты и красота как некая обязанность женщины – то, против чего традиционно выступает феминизм. Но во многих случаях борьба за права женщин вовсе не означает отказа от макияжа или желания хорошо выглядеть.

В третьей волне феминизма стало возможно направление lipstick feminism (lipstick — губная помада), призывающее женщин не отказываться от макияжа и не стесняться выглядеть сексуально, если это продиктовано личным желанием.

Читайте также:

С лозунгами против фашизма и сексизма прошлись феминистки по Алматы

Вероника Фонова считает, что эстетизация внешности вне патриархального общества возможна. К примеру, как одна из форм искусства. Вне зависимости от гендера люди могли бы примерять разные образы, текстуры и краски.

"Важно осознавать, что стандарты красоты – это адаптивные предпочтения, навязанные извне. Я не думаю, что делаю это (макияж –Авт.) только для себя, – говорит Вероника Фонова. – Я понимаю влияние медиа, патриархата и современной культуры. Но мне нравится экспериментировать с макияжем, создавать интересные образы, ведь я дизайнерка, моя работа связана с иллюстрацией, творчеством. Я пользуюсь макияжем не для того, чтобы скрыть свои мифические недостатки, а для того, чтобы сделать что-то творческое, что будет выглядеть ярко и необычно".

Какой могла бы быть красота без гендерных стереотипов и что это вообще такое? Актуально ли сегодня воспринимать красоту как некий трансцендентый идеал по примеру Достоевского или это лишь социальный конструкт, который усиливает гендерное неравенство?

Бритые ноги и образ домохозяйки

Современная женщина становится всё более экономически независимой. Удачное замужество теперь не определяет её благосостояния, а значит, красота не является обязательным условием существования.

С другой стороны, понятие красоты стало близким к социальному статусу. Ухоженная внешность, спортивная фигура, молодость – индикаторы успешности человека.

Но требования к женской внешности всё ещё гораздо выше, чем к мужской. Что бы ни делала женщина, в первую очередь общество оценивает то, как она выглядит. Почему так сложилось?


Фото с сайта Luxfon.com


До конца Промышленной революции (начало XIX века) стандарты женской красоты ещё не были универсализированы. Они распространялись лишь на аристократок и проституток. А женщин из остальных слоёв населения оценивали исключительно по их трудоспособности. Женские рабочие руки были востребованы и на ферме, и на городских фабриках.

Ситуация изменилась в начале 1900-х годов, когда начала развиваться киноиндустрия, а вместе с ней модный бизнес и косметология.

Затем в 1940-х из-за моды на укороченные платья женщины стали повсеместно брить ноги. Вскоре бритые ноги становятся стандартом.


Иллюстрация из журнала 50-х годов, США / Фото с сайта Pinkpearbear.com


Но домашний быт всегда оставался женской прерогативой, поэтому в 1950-х, в том числе и в СССР, зародился образ идеальной домохозяйки: приветливая стройная женщина, которая печёт пироги в нарядном платье и в макияже, симбиоз труженицы и красотки с большого экрана.

На 1960-1990 годы пришлась вторая волна эмансипации, во время которой женщины получили избирательные и имущественные права, и больший выбор профессий. Но несмотря на это, стандарты женской внешности с каждым годом становились всё более и более сложным конструктом.

Как постмодернизм повлиял на стандарты красоты

Красота – это социальный конструкт. Об этом говорят сотни исследований социологов, антропологов и культурологов. В 2015 году были популярны ролики "100 Years of Beauty" демонстрирующие то, как кардинально менялись представления о красоте каждое десятилетие. Как на эти представления влияли политическая (война), культурная (европеизация), экономическая ситуации и религия.



При этом стандарты красоты зависят не только от конкретной культуры, общества, сообществ, но и личности субъекта, смотрящего на красоту, его опыта и предпочтений.

Считается, что римляне считали красивыми женщин с крупными чертами лица, греки – светловолосых, в средневековой Европе идеалом были бледные женщины с удлиненными конечностями и выпуклым животом, символизирующим вечную беременность. Однако не всё так однозначно.

"Надо понимать, что в каждую эпоху существует мода на те или иные типажи, обычно даже одновременно несколько мод. Сегодня конвенционально красивой могут назвать и высокую блондинку с женственными формами и мальчикоподобную брюнетку. Мы никогда не найдем тот женский образ, который будут считать красивым абсолютно все в ту или иную эпоху, мы можем только выделять отдельные черты и пытаться найти им объяснение", – говорит научный сотрудник лаборатории социологии, преподаватель антропологии религии Европейского университета в Санкт-Петербурге Елена Хитрова.

Говоря преимущественно об европейской истории искусств и культуры, необходимо учитывать, что наша современность – эпоха постмодернизма – очень европоцентрична. Казахстанская культура не исключение. Доктор искусствоведения Молдияр Ергебеков объясняет это глобальной европейской колонизацией, частью которой были российская, а затем советская экспансии в Центральной Азии.

"Несмотря на то, что Советский Союз стремился сформировать собственное идеологическое искусство, такое, как соцреализм, он не смог отойти от западных канонов, особенно после Второй мировой войны, – говорит искусствовед Молдияр Ергебеков. – Та же импортная одежда, привозимая небольшими партиями в СССР из западно-социалистического блока, для советских людей считалась образцом красивой одежды на протяжении всего советского периода. В период модерна с Запада распространились такие конструкты, как индустриализация, понятие нации, национального государства, капиталистическая экономика и многие другие вещи. Поэтому, всё европейское приравнивается к идеальному".

Тендеции: гендер, андрогинность и бодипозитив

Главная тема последних лет модной индустрии – это гендер. Все чаще дизайнеры экспериментируют с андрогинным стилем, надевая на мужчин платья, а женщинами в смокинге уже никого не удивишь. Впрочем, андрогинность как субкультура появилась ещё раньше. Дэвид Боуи, Принс, Энни Леннокс, Кейт Мосс, Тильда Суинтон подчёркивали свою внегендерность задолго до того, как стали популярными андрогинные модели начала 2010-х: Андреа Пежич, Саския де Брау, Агнесс Дейн.


Тильда Суинтон / Фото с сайта Hollywoodreporter.com


В 2018 году транс-женщина, актриса и модель с андрогинной внешностью Хари Неф стала лицом L’Oréal, H&M и сыграла в сериале Netflix "You" не транс-персону, а цисгендерную женщину.

Несмотря на это, подчёркнуто женственный образ остается ещё актуальным. Тонкая талия, пышный бюст, пухлые губы – эти идеалы были заданы голливудскими актрисами в 1930-1950 годах. Именно тогда в Голливуде сложилось существующее сейчас кинопроизводство, и кино стало по-настоящему массовым искусством.

Кинокритик Олег Борецкий отмечает особый статус актрис той эпохи. Их красота оценивалась как нечто элитарное и недостижимое.

"Это были настоящие кинобогини, они являли собой самые разные стороны женской красоты: романтическая звезда Одри Хёпберн, Вивьен Ли – "красавица с лицом феи", так её называли современники, та же Мерилин Монро и её сексапильный образ, – говорит Олег Борецкий. – Тогда не было интернета и пресловутых айфонов, люди ходили в кинотеатры и смотрели на звёзд снизу вверх. Это были богини, которые были выше тебя, законодательницы моды и красоты".


Вивьен Ли / Фото с сайта Mentalfloss.com


В 1980-1990-ые годы эта эпоха кино закончилась, и по словам Борецкого, произошёл радикальный крен в культуру постмодерна. Оказалось, что можно смотреть на звёзд не только снизу вверх. В кино появилось понятие "девушка, живущая по соседству": неважно, красива героиня или нет, её образ устроен таким образом, чтобы зрительница могла идентифицировать себя с ней.

"А ведь ни Грета Гарбо, ни Вивьен Ли, ни даже Одри Хёпберн никогда не были актрисами, с которыми себя ассоциировала зрительница", –говорит Борецкий.

По словам кинокритика, кино является отражением того, что происходит в обществе. Телесные каноны в истории культуры особенно интенсивно менялись в последние десятилетия. Поэтому пышные формы, распущенные волосы, которые по словам кинокритика, являлись волшебным символом женского очарования, уходят с экранов. Один из признаков нового времени – начавшийся в своё время бум на одежду от Кельвина Кляйна, придумавшего джинсы унисекс. Джинсы стёрли границы между мужчинами и женщинами.

"Если в прошлом одежда женщины, её макияж были противоположны брутальному образу мужчины, то сейчас всё изменилось", – говорит Борецкий,

Также в фильмах стала подниматься тема трансгендерности, это данность и отражение процессов, которые происходят в обществе, отмечает критик. Кроме того, сегодня кино реабилитировало нестандартное телосложение, став таким образом своеобразной терапией и носителем идеи боди-позитива.

"Спекуляции на внешности – это медленный яд"

Клинический психолог и психоаналитик Маргарита Спасская рассказывает, что давление на женщин в том, что касается внешности, за последние десятилетия увеличилось в разы.

"Многие женщины испытывают сложности с принятием своего тела. И обычно им об этом трудно говорить. Причем, условно объективные данные вообще не имеют значения, – говорит Маргарита Спасская. – Внешность и возраст часто становятся способом манипуляции со стороны партнёра или окружающих, что зачастую полностью не осознаётся женщиной. То есть это полностью бессознательный процесс. И когда ко мне приходит женщина, которой около тридцати, и говорит, что чувствует себя старой – я в первую очередь предполагаю наличие отношений с партнёром-мучителем. Спекуляции на внешности – это медленный яд, который сильно влияет на самооценку и самовосприятие, забирает у человека массу психической энергии, времени и денег, и способствует тому, что после определённого возраста женщины становятся невидимыми".


Маргарита Спасская / Фото Facebook


Специалистка отмечает, что люди, считающие себя достаточно красивыми, встречаются очень редко. Психолог считает, что не последнюю роль в существующих стандартах красоты играют реклама и индустрия красоты:

"Фото и видео показывают нам "совершенных" людей, не имеющих изъянов во внешности. Каждая из этих ловушек – трудная борьба, которую большинство женщин ведут в одиночестве".

При этом, даже понимая процессы формирования сверхценности внешности, женщина всё равно является заложницей среды, говорит психолог.

"Можно видеть как это устроено и одновременно быть травмированной этими процессами навязывания стандарта, поэтому важна не только индивидуальная работа психолога в кабинете, но и реальные изменения в самом обществе, - прокомментировала Маргарита Спасская".

Рыночные отношения и красота

Индустрия красоты – серьёзный рынок, который, по словам экспертов, с момента появления продолжает расти. Мировой оборот только косметических продуктов в 2017 году оценивался в $532,43 млрд. Для сравнения – примерно такую сумму в 2017 составил ВВП богатой Швеции. А в Казахстане объём рынка косметических средств, парфюмерии и товаров для ухода за собой в 2017 году составил 222,1 млрд тенге. Кроме того, косметическую продукцию с разной степенью регулярности покупают около 80% населения.

Американская писательница и феминистка Наоми Вульф в своей культовой книге "Миф о красоте: Стереотипы против женщин" (The Beauty Myth: How Images of Beauty Are Used Against Women, 1991) описывает красоту как некий формировавшийся столетиями миф. Он включает в себя такие стандарты красоты, которые среднестатистической женщине сложно воплотить в реальной жизни.

Сами процедуры, приводящие к этой красоте сравниваются с сизифовым трудом: несмотря на трудоемкость и затратность, они ещё и заведомо малоэффективны.


Акция протеста против конкурса "Мисс Америка" 1968 года / Фото с сайта Faqfaq.ru


Таким образом, женщины тратят много энергии на то, что в принципе недостижимо. Это влияет на их самооценку: они всегда недовольны собой и считают себя "недостаточно женщинами". По мнению писательницы, идеалы красоты создаются конкретными институциями и имеют цели: напрямую с мифом о красоте связаны прибыли корпораций, которые контролируют бьюти-индустрию.

В свою очередь, эти корпорации платят за рекламу средствам массовой информации. СМИ, в свою очередь, транслируют в общество те самые стандарты красоты, которые прочно въедаются в наши представления о себе самих и окружающих.

Вульф также заявляет, что отстаивает право женщины самой выбирать, как она хочет выглядеть и кем хочет быть, а не подчиняться законам, диктуемым рыночной экономикой и индустрией рекламы. Поэтому её книга стала манифестом феминисток третьей волны, которые сфокусированы больше не на базовых потребностях и возможностях (право на голосование, на работу и учёбу), а на личных свободах.

Куда движутся стандарты женской красоты?

Мировые тенденции показывают, что бьюти-стандарты всё же движутся в сторону отказа от объективации и признания индивидуальности.

В 1968 году феминистки в Атлантик-сити провели одну из первых в истории громких акций протеста против конкурса красоты "Мисс Америка". Протестующие женщины выбрасывали в символическое мусорное ведро бюстгальтеры, туфли на каблуках, косметику, сковородки и глянцевые журналы.


Фото с сайта Glamour_nypost.com.


В 2018 году конкурс "Мисс Америка" отказался от дефиле в бикини, отправил в отставку прежних руководителей, обвинённых в сексизме и теперь декларирует бодипозитив, а глянцевый журнал Glamour возглавила политический репортёр из CNN Саманта Берри, и журнал впервые разместил на обложке актрису Мелиссу Маккарти, которую СМИ обычно критикует за лишний вес.

Представления о женской красоте и как они менялись

Прошли времена, когда люди проверяли гармонию алгеброй — как выяснилось, для этих целей куда лучше подходит социология. Если знать условия — экономические и политические, в которых живет общество, можно почти безошибочно предсказать, как будет выглядеть тамошний идеал женской красоты.

 

Почему женщины красивы?

Кошки, с точки зрения котов, прекрасны все до единой. Кобелю совершенно все равно, какого цвета у встретившейся ему собачьей дамы ушки и какой длины хвост. Большинство самок у животных куда менее привлекательны, чем самцы: у них нет пышных грив, разноцветных хвостов и высокохудожественных пятнышек на жабрах, потому что у их видов именно кавалеры конкурируют за дам при помощи своей красоты. А почему у мужчин вида homo sapiens тогда все наоборот? Почему у нас красивой должна быть женщина, в то время как мужская красота — это скорее излишество. То есть хорошо, конечно, если она есть, — а нет, так проживем и так?

 

Конечно, сейчас биологи знают много видов, у которых, как и у людей, привлекательность самки имеет важное значение для ее шансов на продолжение рода (например, женская конкуренция существует у некоторых видов обезьян, скажем, у бонобо). И все эти виды объединяет одно свойство — они живут группой, у них самцы долго ухаживают за самкой, а потом принимают активное участие в воспитании ее детенышей. Такая стратегия оказалась выигрышной для животных, у которых рождается малое количество детенышей, на выращивание которых требуется огромное количество ресурсов — времени, сил, корма и т. д. У этих видов самки, умеющие привязывать к себе самца или нескольких, оказывались в вы­игрыше по сравнению с самками, которые не пользовались таким успехом. И чем прочнее привязанность самца к самке, тем дольше он кормит ее детенышей — причем сплошь и рядом в этом ему помогают другие кавалеры его дамы, которых у групповых видов вокруг предостаточно. Вот таким образом наши женщины и стали красавицами, а наши мужчины сделались очень придирчивы в отношении женской внешности. Так как мужчинам приходится тратить массу сил на завоевание женщины, разгон соперников и выкармливание ее потомства, им очень важно, чтобы это потомство родилось высококачественным, выжило и выросло сильным, крепким и, в свою очередь, привлекательным сексуально для будущих партнеров (если мы, конечно, рассчитываем на то, чтобы иметь внуков с правнуками и как-то укрепиться на эволюционном древе).

 

Древнейшие приметы женской красоты

Внешность и физиология женщин видоизменялись, подчиняясь трем основным эволюционным требованиям нашего вида.

1. Женщина должна демонстрировать свое здоровье, хорошую форму и фертильность.

 

2. Женщина должна сохранять сексуальную привлекательность для партнеров максимальное количество времени — даже когда она неспособна к зачатию, в том числе во время беременности и после родов.

3. Женщина должна сохранять в своей внешности детские черты, чтобы «обманывать» партнера, вынуждая его заботиться о ней, как о детеныше.

 

И во внешности женщины присутствуют все эти элементы. Пышные бедра говорят о легкости деторождения, а талия подчеркивает их ширину. Женский голос высок, как у ребенка, а тело, прежде всего лицо, почти лишено волос, как у всех детенышей. Пышные волосы, белые зубы, гладкая кожа говорят о здоровье хозяйки, как и стройная осанка, а симметричные черты лица — о хорошей генетике и минимуме вредных мутаций.

После того как мы обрели способность к прямохождению, женщины повысили свою сексуальную притягательность для мужчин, за несколько десятков тысяч лет разместив копию основного сексуального сигнала  на верхней части тела. Да-да, для большинства приматов ярко окрашенные гениталии и округлость нижней части туловища были основным способом пригласить партнера к спариванию. А после того как мы встали на ноги, скрыв эту неземную красоту, женщины обзавелись пухлыми, контрастного цвета губами и круг­лой, налитой грудью, имитирующей эти священные знаки: яркое отверстие и два полушария, которые вошли в нашу эволюционную программу еще с тех времен, когда мы мельтешили в жалком виде под ногами у всяческих динозавров.

И составляя эти приметы, мы в целом можем создать портрет идеальной партнерши у homo sapiens.

Она невысока ростом и скорее коротконога, чем длиннонога (приметы детеныша). У нее очень большая грудь и яркий, чувственный рот (­сексуальность). У нее достаточное количество жира, чтобы выглядеть пухленькой, а талия выражена лишь в сравнении с грудями и бедрами, которые весьма велики (физическое состояние). У нее большой зад и широкий таз (фертильность, древнейший сексуальный сигнал). Она кокетлива и сексуальна. Она румяна, у нее длинные волосы, мелкие черты лица, большие глаза, высокий голос (здоровье, приметы детеныша). У нее светлая кожа и мягкие волосы (приметы детеныша).

 

Выглядит это примерно так: «Виллендорфская Венера», 24 тыс. лет до н.э., «Венера Вестоницкая», 29 тыс. лет до н.э.

 

 

Список можно было бы значительно расширить, но уже и в таком виде понятно, что человечество далеко не всегда придерживается этих естественных для себя канонов женской красоты и в разные эпохи на знамя поднимаются Венеры совсем иного типа. Чем же это вызвано?

 

Почему древняя красота иногда отменяется?

Потому что человек, кроме всего прочего, относится к видам с так называемой К-стратегией. Эти виды отличаются тем, что они очень долго живут, очень много времени и ресурсов тратят на выращивание детенышей и жестко контролируют свою численность.

Механизмы этого контроля чрезвычайно разнообразны и порой чудовищны, мы не будем сейчас их разбирать и остановимся на одном-единственном: в ситуации, неблагоприятной для рождения детенышей, виды с К-стратегией часто обращают сексуальный интерес к не подходящим для деторождения партнерам.

То, как человечество высчитывает максимально допустимую для себя численность популяции в данной конкретной местности, сейчас выясняют этнографы, нейробиологи и антропологи — но общий принцип уже известен. Чем скученнее живет общество, чем выше уровень шума и чем меньше вокруг свободного пустого пространства, тем меньше рождаемость. И тем больше идеал красоты этой эпохи отдаляется от «Венеры исконной» — причем удаление может идти в совершенно разных направлениях.

И, напротив, после серьезных потрясений, повлекших резкое снижение численности популяции (после глобальных войн, эпидемий, сильного голода), происходит беби-бум, а кисти художников и лиры поэтов начинают воспевать красавиц, которые вполне могли бы потягаться с пещерными Венерами в плане первобытных норм красоты.

 

Смена горизонта

Автор этой статьи однажды несколько недель находился в поездке по Раджастану — одному из самых бедных штатов Индии, специализирующемуся на сельском хозяйстве самого примитивного толка. Сплошные поля и пустоши с небольшими деревеньками. И в один прекрасный момент он с изумлением понял, что у него резко поменялись представления о внешности индийских дам. Если сперва всех участников поездки восхищали точеные тонкорукие и смуглолицые красавицы в замызганных сари, продающие по обочинам пирожки самса, то спустя пару дюжин дней в ходе общей беседы мы признались друг другу, что теперь лучше понимаем пристрастие Болливуда к коротконогим белолицым пухляшкам. В Индии они почему-то смотрятся гораздо привлекательнее, чем в Европе, в то время как девы модельных форм удивительно быстро теряют свое очарование, ибо худоба тут неразрывно связана с бедностью, изможденностью и принадлежностью к низшим кастам.

И теория К-стратегии это обстоятельство прекрасно объясняет. Перенаселенность — требуется снижение популяции, интересы переключаются на внешне неплодовитых дам.

Обилие свободного пространства и пустые горизонты вокруг — требуется увеличение популяции, желательно с партнершей, чья упитанность свидетельствует о том, что вокруг имеется достаточное количество корма.

Сегодня, просматривая изображения женщин за всю историю человеческого искусства, почти безошибочно можно сказать, в каких условиях жили люди, создававшие эти портреты.

 

Древний Египет  

Население ­толпится на узкой полоске земли, в больших городах — перенаселение, голода нет, войны регулярны, но не обес­кровливают страну. Красавицы на фресках узкобедры, плоскогруды, длинноноги, высоки и похожи на мальчиков (даже если не считать привязываемых на шнурках искусственных бородок у цариц), как «Танцовщицы на пиру» с фрески гробницы вельможи Небамона в Фивах, XV в. до н.э.

 

 

Древние греки  

Горожане живут в небольших полисах, большая часть населения крестьянствует вне городов. Перенаселения нет, голод ­редок. Дошедшие до нас статуи богинь и красавиц представляют нам плотные тела с выпуклыми округлостями, пышущие здоровьем симметричные лица с округлыми щеками, женственные формы, как у «Афродиты Книдской» Праксителя, 350 г. до н.э.

 

 

 

 

Аравия и Персия, VIII–IX век н.э.   

Излишки населения регулярно погибают в боях, питание у населения скудное, большинство живет вне пределов больших городов. И вот описание совершенной красавицы из «Тысячи и одной ночи»: «Две руки ее круглые и гладкие… а груди ее точно две шкатулки из слоновой кости, сиянье которых заимствуют луна и солнце. И живот у нее в свернутых складках, как складки египетских материй, расшитых парчой, и складки эти подобны бумажным свиткам. …И стан покоится на бедрах, похожих на кучи песку, и сажают они ее, когда она хочет встать, пробуждают ее, когда она хочет спать, и таз ее обременяют две ляжки, округленные и гладкие…» Этот типаж еще долго будет господствовать в арабско-персидском мире, о чем свидетельствует миниатюра «Адам и Ева», «Манафи аль Хайаван» Ибн Бахтишу.

 

 

Япония, X век  

Половина населения всей Японии живет в одном городе — столице Хэйан. Скученность чудовищная. Голода нет. В главном романе этой эпохи «Гэндзи-моноготари» мы встречаем очень много описаний красавиц. «Руки ее были так тонки, что он заплакал от умиления». «Она казалось такой слабой и беспомощной, что сердце сжималось». «Гэндзи поднял красавицу на руки и подивился ее малому весу». «Она была хрупка и мала ростом, лишь немногим больше ребенка, а волосы струились за ней по земле на три сяку». Главный герой, перебрав множество дам, в конце концов женится на десятилетней Мурасаки и живет с ней долго и счастливо. Детей у них нет.

 

 

 

Средневековая Европа  

 

К середине XIV века Европа превратилась в урбанистический кошмар своего времени — численность ее населения составляла около 100 миллионов человек, что при таком уровне производства, агрокультуры, строительства и так далее приводило к хроническому голоду, чудовищному дискомфор­ту и крайней скученности людей в жилищах. И идеальные красавицы той эпохи — это холодные, асексуальные, очень бледные, рахитичные, безбровые, прячущие свои волосы и бреющие лоб худые и обескровленные фигуры, еще и носящие фальшивые животы, имитирующие беременность на позднем сроке, что тогда считалось верхом изящества, — полюбуйтесь на «Портрет дамы» Рогира ван дер Вейдена, 1460г.

 

 

 

Европа после Кризиса позднего Средневековья  

 С прихода в 1348 году первой чумы из Азии начался так называемый Кризис позднего Средневековья. Голод, войны и, прежде всего, эпидемии выкашивали города и деревни — к началу XVII века численность населения Европы сократилась минимум наполовину, а в отдельных регионах и на четыре пятых. При таком снижении популяции, ­конечно, никак невозможно было и дальше ­поклоняться бледным тонким мадоннам — в ближайшее столетие красоту будут видеть только в очень пышных фигурах, идеально точно подпадающих под стандарты первобытной красоты, как на картине «Похищение дочерей Левкиппа» Питера Пауля ­Рубенса, 1618 г.

 

 

 

 

Европа, середина XIX века  

Плотность населения постепенно достигала докризисного уровня, и дамы опять начали худеть, мельчать и бледнеть. Однако развитие сельского хозяйства и промышленности отчасти смягчало пресс перенаселения — с реальным голодом большая часть людей не сталкивалась, жизнь стала намного комфортнее, и возврата к средневековому аскетичному стандарту не последовало. Красавица середины XIX века — это невысокая, с детским личиком, маленьким ротиком, крошечными ручками и ножками отчаянно зашнурованная женщина-девочка, обладающая тем не менее утрированной с помощью кринолина женственной фигурой, как у «Женщины с книгой» Альфреда Стивенса, 1856 г.

 

 

 

 

 

 

 

 

Чехарда XX века  

Особенно хорошо стало видно, как человечество спешно меняет свои приоритеты красоты, с началом ХХ века, когда история, по известному выражению, стала двигать собой в полный рост и эпохи закрутились, сменяя друг друга ­подобно узорам в калейдоскопе.

Эпоха декаданса начала ХХ века подарила нам образ маленькой бледной и нервной женщины в черном, с огромными синяками под глазами, одержимой мыслями о самоубийстве. Воплощением архетипа стала кинематографическая звезда декаданса Вера Холодная.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Первая мировая война, забрав множество жизней, не привела, ­однако, к реальному уменьшению городского населения — так как в города хлынули жители деревень. Реакция вкусов была мгновенной: женщина конца 1920-х — начала 1930-х стала более широкоплечей и спортивной, детскость ушла, на смену пришла мужественность, дамы обрезали волосы и юбки, начали курить и избавились от талии, ­избрав кумиром киноактрису Марлен ­Дитрих.

 

 

 

 

 

 

После Второй мировой, потеряв сотни миллионов во всепланетной мясорубке, человечество на какое-то время вновь вернется к идее Вечной Женственности — бедра, грудь, обаятельный целлюлит на крепких ножках, детские щечки и кудряшки. Секс-символ 1950-х — модель Бетти Бросмер.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Начало XXI века   

Сегодня, когда обитатели нашей планеты достигли почетного рубежа в 7 с лишним миллиардов, творцы моды отдают золотое яблоко с надписью «Прекраснейшей» сербской модели Андрею Пежичу, который недавно успешно провел операцию по смене пола и превратился в почти настоящую женщину. (Не будем осквернять сайт его фотографией. Погугли сам, если интересно.) Впрочем, многие мужчины и без операции легко теснят с подиумов женщин, потому что современные идеалы красоты рисуют нам не женщину, но андрогина. Двухметровый рост, длиннейшие ноги, минимум груди и бедер, крупные черты лица, хранящего вечно каменное ­выражение...

Венере палеолита остается только непонимающе пожать складками на плечах и удалиться со сцены до лучших… точнее, до худших времен.

 

Права на статью принадлежат ресурсу http://www.maximonline.ru

 

 

Идеалы красоты в разные временные эпохи

 

 

Как менялись стандарты женской красоты в России за последние 100 лет 

 

 

Стандарты женской красоты в разных странах // часть 1

 

 

 

Стандарты женской красоты в разных странах // часть 2

 

 

Идеалы женской красоты в истории - относительная условность или абсолютная истина? | Культура

И вообще, возникали ли эти идеалы стихийно, из массовых представлений и особенностей жизни разных народов, или они имели своих неизвестных авторов и заказчиков? А может быть, появление какого-либо из идеалов — это всего лишь стечение жизненных обстоятельств, распространённых и растиражированных потом в массовом сознании?

Какие же обстоятельства способны повлиять на создание и развитие идеала? Обратимся к историкам и философам, именно они способны дать некоторые пояснения по этому вопросу.

Если попытаться выявить исторические причины развития женского идеала красоты и его постоянной смены, развития в разные эпохи, то одной из главных причин окажется климат, природные особенности, в которых проживает тот или иной народ, а затем уже национальная культура.

На Руси идеалом женской красоты были женщины дородные, физически выносливые, с естественным румянцем на лице
Фото: olenka-2008, PressFoto.ru

Например, в дохристианской Руси идеалом женской красоты были женщины дородные, физически выносливые, с естественным румянцем на лице, которые росли и воспитывались, можно сказать, на вольном просторе, на простой и естественной пище, способные к регулярному деторождению, сильные духом, свободолюбивые.

Христианство вводит на Русь систему ограничений как в эмоциональной, так и физической сфере человеческого бытия, а также — аскетический идеал женского лица, болезненную худобу тела. Теперь русские красавицы должны сидеть в своих теремах и послушно дожидаться реализации своей женской доли. Не случайно в женскую одежду того времени вместо просторных русских сарафанов вводятся такие, например, детали, как утягивающие женские талии корсеты — они выполняли не просто роль модной одежды, но ещё и тиранили женскую плоть, как бы подчиняя женское тело аскетическому воздержанию от пышности форм и свободного, раскрепощённого дыхания.

Однако наиболее ярко аскетический идеал женской красоты проявился не столько на Руси, где всё те же просторы полей и жизнь на земле питали русских красавиц живительными соками и женская естественная красота была лучше защищена от идей «умерщвления плоти», сколько в городах средневековой Европы.

«Девушка, читающая письмо у открытого окна», картина Ян Вермеера, 1657 год
ru.wikipedia.org

Как отмечают исследователи этой эпохи, в средневековой Европе утвердился идеал женской красоты, который сводился к образу «женщин-рахитичек, с резко выраженными признаками этой болезни: вытянуто-высоких, узкобёдрых, малогрудых, с отвислыми животами и выпуклыми лбами».

Почему сложился такой женский идеал, один ли христианский аскетизм повинен в этом? Дело здесь оказалось в другом. Художники средневековья, приложившие свою талантливую руку к созданию подобных моделей для подражания, всего лишь изображали тех женщин, которые окружали их в европейском обществе. Средневековые европейские женщины росли в каменных городах и замках, как узницы, они видели мало света и солнца, узкие улочки между домами были полны грязи и зловония. В Европе часто случались кризисы в пищевых запасах, отчего она постоянно была втянута в Крестовые походы и войны за новые территории.

Плохое питание, нехватка свежего воздуха и витаминов порождали огромное количество горожанок рахитичного типа, лишь мнимых красавиц, образы которых и растиражировали придворные художники на своих полотнах. У этих женщин были не только плохо развиты женские формы, но и случалось частое облысение или отодвигание назад границы волос на лбу. Большое количество подобных «красавиц», вышедших из-под пера средневековых гениев-живописцев, привело к возникновению моды, задержавшейся в Европе на целых 200 лет, когда здоровые женщины добровольно выбривали себе волосы надо лбом, стремясь быть похожими на этих «богинь»!

С. Боттичелли, «Весна», 1482
ru.wikipedia.org

Однако на смену этим нездоровым красоткам всё-таки приходит новый тип женской красоты — сельских пастушек из здоровой местности, более близкий к идеалам женской красоты Древней Руси (поздние художники-итальянцы). Новый тип идеала женской свежести и здоровья также возник и сложился по той простой причине, что художники позднего Возрождения обратили свой взгляд на женщин из европейской провинции, сельской местности, и просто избрали другой тип женщин-моделей, которые им позировали. А дальше — лишь дело техники и художественного мастерства.

В начале 20 века свой идеал женской красоты стал «навязывать» Голливуд, то есть американский кинематограф. Именно он породил тип роковой красавицы — блондинки с утончённой фигурой и всё тем же аскетическим выражением острого, худого, почти измождённого женского лица, с огромными, подчёркнутыми, выразительными и лучистыми глазами. Подобный «аскетизм» достигался за счёт постоянного недоедания актрис, а особая худоба лица и заострённость подбородка — посредством удаления «лишних» коренных, самых дальних, зубов, что позволяло визуально избавиться от округлости щёк и придать лицу утончённость. Подобные «махинации» со здоровьем актрис назывались «прохождением голливудизации».

Мэрилин Монро
ru.wikipedia.org

Тиражирование нового образа теперь происходило не на основе творчества живописцев, а через киноэкран, породивший целый ряд актрис-блондинок, как бы «полученных данным искусственным способом» — начиная от Марлен Дитрих и заканчивая Мэрилин Монро (и её подражательницами). Советский киноэкран также не избежал участи быть «заражённым» этой модой. Пойманный нашим кинематографом «голливудский вирус» подарил советскому экрану свою плеяду очаровательных киноблондинок: Любовь Орлова, Марина Ладынина, Валентина Серова, Янина Жеймо и др.

Валентина Серова
Источник

Современная индустрия моды, конкурсы красоты, обложки журналов подхватили эстафету создания, культивирования и тиражирования определённого идеала женской красоты. Мы стремимся во всём быть похожими на Европу или Америку, и снова наш родной женский тип русской дородной красавицы, способной и детей нарожать, и мужа за шиворот из пивнушки вытянуть, идеал женщины, твёрдо стоящей на своих ногах, сердобольной, с редкими душевными качествами, оказался вытесненным и невостребованным.

Телеэкран опять нам навязывает чуждый западный идеал женской красоты — женщины с удлинёнными, неразвитыми женскими формами, не способной к успешному деторождению и физической работе, избалованной, городской, болезненного вида, с вечно голодными глазами, ненасытной.

Твигги и изображающая её кукла Барби
Источник

Американская кукла Барби, которая так полюбилась российским девочкам, на самом деле «вышла» из моды на «твигги» (что означает «веточка») — с милым, очаровательным личиком, но слишком «тонкая» для тягот реальной жизни, для российской женской доли; безгрудая, с тонкими ручками подростка. Не окажется ли она причиной искажённого представления о реальной жизни очередной подрастающей в российской действительности женщины или даже всего нового женского поколения в России?

Университет Брэдли: стандарты тела и красоты

С изображениями идеальной красоты, бомбардирующими нас ежедневно, легко забыть, что стандарты красоты произвольны и сильно различаются как от одной культуры к другой, так и с течением времени.

Такие различия в идеалах красоты часто отражают роли, которые женщины и мужчины должны выполнять в данном обществе. Например, в тех контекстах, где женщин ценят в основном за их способность к деторождению - их способность вынашивать и воспитывать детей - часто полные женщины с широкими бедрами и большой грудью считаются самыми красивыми.В таких обществах, как Фиджи, большие тела являются символом статуса и власти. Поэтому неудивительно, что люди, которых в США классифицировали бы как страдающие ожирением, считаются наиболее привлекательными и желанными представителями этой культуры.

Но по мере того, как меняются социальные условия и гендерные роли, меняются и представления о красоте. Рассмотрим некоторые недавние изменения в США. В 1960-х и 70-х годах идеалы красоты для женщин сместились от зрелого пышного тела звезд, таких как Мэрилин Монро, к тонкой, как палочка, фигуре с плоской грудью, воплощением которой стали такие супермодели, как Твигги или Кейт Мосс.Неоспоримым фактом является то, что как только женщины начали добиваться значительных успехов в сферах образования, занятости и политики, идеальное женское тело стало выглядеть как недоедающая девочка подросткового возраста, слабая, истощенная и не представляющая опасности. Женщины, возможно, обретали свободу и власть, но их все больше поощряли дисциплинировать свое тело с помощью диеты и физических упражнений, чтобы соответствовать идеалам, достичь которых было почти невозможно.

Теперь, однако, мы видим, что стандарты красоты для женщин становятся более пышными в некоторых областях, таких как грудь и ягодицы, и остаются тонкими, подтянутыми и подтянутыми в других областях, таких как талия и бедра.Согласно Хоффу (2019), в недавнем опросе 1000 американцев, «идеальная» женщина была описана как 5'5 дюймов, 128 фунтов, с талией 26 дюймов. Достичь идеальных пропорций этого тела без использования крайне нездоровых средств было бы практически невозможно.

Последнее обновление: 26 марта 2021 г.

Задайте себе вопрос…

Почему идеал американского тела для женщин такой нереальный и недостижимый?

Является ли идеальное тело для мужчин более реалистичным или достижимым, чем идеал для женщин?

Говорит ли это нам что-нибудь о ролях, которые мы ожидаем от мужчин и женщин?

Можете ли вы вспомнить сегодня знаменитостей больших размеров? Как они изображены и как движение изменилось за последние 5 лет или около того?

.

Представления о прекрасном всегда меняются. Сегодня он более инклюзивный, чем когда-либо.

Эта статья опубликована в февральском выпуске журнала National Geographic за февраль 2020 года.

Суданская модель Алек Век появилась на обложке американского журнала Elle в ноябре 1997 года на фотографии французского креативного директора Жиля Бенсимона. Это было, как это часто бывает в косметическом бизнесе, глобальным производством.

Век, с ее бархатистой кожей черного дерева и простым шепотом афро, позировала перед ярким белым экраном. Ее простой белый пиджак от Giorgio Armani почти исчез на заднем плане. Век, однако, присутствовал постоянно.

Она стояла под углом, но смотрела прямо в камеру с приятной улыбкой на лице, которое определялось не столько плоскостями и углами, сколько милыми, широкими, отчетливо африканскими изгибами. Век олицетворяла все, чем не была традиционная девушка с обложки.

Участницы конкурса "Мисс Королева Корея" тренируются на подиуме в академии моделирования в Сеуле, Южная Корея. Эти молодые послы олицетворяют эстетику K-beauty, индустрию стоимостью 13 миллиардов долларов, которую многие считают эталоном красоты в Азии.

Пожалуйста, соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

Молодая женщина сделала прическу в салоне Сан-Паулу и коллективе Coletivo Cabeças. Вместо того, чтобы помогать людям приспосабливаться, альтернативный салон работает над созданием чувства принадлежности и предоставляет платформу для свободного самовыражения в Бразилии.

Пожалуйста, соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

Спустя более 20 лет после того, как она появилась на обложке Elle , определение красоты продолжало расширяться, уступая место цветным женщинам, женщинам с ожирением, женщинам с витилиго, лысым женщинам, женщинам с седыми волосами и морщинами. Мы движемся к культуре красоты больших палаток. Тот, в котором рады всем. Все красивы. Идеализированную версию можно увидеть на страницах журналов или на подиумах Парижа.

Мы стали более восприимчивыми, потому что люди требовали этого, протестовали и использовали хулиганскую кафедру социальных сетей, чтобы пристыдить привратников красоты и заставить их шире распахнуть двери.

Глаз смотрящего

Технологии передали силу определять красоту в руки людей. Мобильные телефоны позволяют людям лучше контролировать свое изображение и включают в себя приложения с фильтрами, используемыми для развлечения, внешнего вида и развлечений.

Пожалуйста, соблюдайте авторские права.Несанкционированное использование запрещено.

Пожалуйста, соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

Слева : Посетители играют в яму со смайликами в Музее селфи в Лос-Анджелесе, где они могут делать снимки с творческим фоном и узнавать об истории автопортретов.

Справа : На пляже Копакабана в Рио-де-Жанейро, Бразилия, сделать снимок - часть пейзажа.

Модные блогеры, освещающие Modest Fashion Week, собираются на морскую прогулку по Стамбулу.

Пожалуйста, соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

Пожалуйста, соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

Пожалуйста, соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

Слева : участники K-Pop группы Girls ’Alert делают селфи за кулисами перед запуском в СМИ своего нового сингла We Got the Power.

Справа : Модель делает селфи на выставке Vendôme Luxury Trade Show во время Недели моды в Париже, мирового лидера в формировании мировых стандартов моды и красоты.

Wek был новым видением красоты - добродетели, навсегда присущей женщинам. Долгое время это была мера их социальной ценности; это также инструмент, который нужно использовать и манипулировать. Женщина не должна позволять своей красоте пропадать даром; Это то, что люди говорили в ответ, когда будущее женщины зависело от удачного замужества. Амбиции и потенциал ее мужа должны быть столь же ослепительны, как и ее прекрасные черты лица.

Красота, конечно же, культурна. То, чем восхищается одно сообщество, может оставить равнодушным или даже оттолкнуть другую группу людей.То, что одному человеку кажется непреодолимым, вызывает недовольство другого. Красота личное. Но он также универсален. Есть красавицы со всего мира - те люди, которые пришли представлять эталон.

Из поколения в поколение красота требовала стройного телосложения, но с большой грудью и узкой талией. Линия подбородка должна была быть четкой, скулы высокими и острыми. Носик угловатый. Губы полные, но не отвлекающие. Глаза, в идеале голубые или зеленые, большие и яркие. Волосы должны были быть длинными, густыми и распущенными, желательно золотистыми.Требовалась симметрия. Само собой разумеется, молодость.

Это было стандартом с первых дней выпуска женских журналов, когда красота была кодифицирована и коммерциализирована. Так называемые великие красавицы и лебеди - такие женщины, как актриса Катрин Денев, светская львица К.З. Гость или принцесса Грейс ближе всего подошли к этому идеалу. Чем дальше отклонялись от этой версии совершенства, тем экзотичнее становилась женщина. Если слишком сильно расходиться, женщину просто сочли менее привлекательной - или желанной, или ценной.А некоторым женщинам - черным и смуглым, толстым или старым - красота казалась невозможной в более широкой культуре.

Кукольные головы в центре дизайна Mattel в Лос-Анджелесе отражают различные оттенки кожи, текстуры волос и особенности. Барби много раз изобретали заново, чтобы идти в ногу с общественными ожиданиями и модными изменениями. Mattel только что представила новую линейку бесполых кукол.

Пожалуйста, соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

В начале 1990-х годов определение красоты применительно к женщинам стало ослабевать благодаря появлению Кейт Мосс с ее хрупкой фигурой и смутной эстетикой оборванца.Ростом пять футов семь дюймов она была невысокого роста для взлетно-посадочной полосы. Британская девочка-подросток не отличалась особой грациозностью и отсутствовала благородная осанка, которая придавала многим другим моделям их царственный вид. Звездный поворот Мосса в рекламе Calvin Klein означал серьезный отход от длинноногих газелей прошлых лет.

Мосс подорвала систему красоты, но она все еще находилась в пределах зоны комфорта индустрии, определяя красоту как белое европейское тщеславие. То же самое было с моделями молодежных землетрясений 1960-х годов, такими как Твигги, у которого было долговязое, без изгибов телосложение 12-летнего мальчика.1970-е принесли Лорен Хаттон, которая вызвала скандал просто потому, что у нее была щель между зубами.

Даже первые темнокожие модели, преодолевшие барьеры, были относительно безопасны: такие женщины, как Беверли Джонсон, первая афроамериканская модель, появившаяся на обложке американского журнала Vogue , - уроженцы Сомали Иман, Наоми Кэмпбелл и Тайра. Банки. У них были острые черты лица и распущенные волосы - или парики, или плетение, чтобы создать иллюзию того, что они есть. У Иман была роскошно длинная шея, от которой ахнула легендарный редактор отдела моды Дайана Вриланд.Кэмпбелл была - и остается - все ноги и бедра ва-ва-вуом, а Бэнкс прославилась как соседка в бикини в горошек на обложке Sports Illustrated .

Рекламные щиты на Таймс-сквер в Нью-Йорке засыпают прохожих широким спектром косметической рекламы. Рекламные кампании Dove #ShowUs и Рианны Fenty отражают усилия по привлечению более разнообразной аудитории к косметическим товарам и завоеванию значительной доли рынка.

Пожалуйста, соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

Wek был откровением. Ее красота была совсем другой.

Ее плотно завитые волосы были подстрижены близко к черепу. Ее кожа без пор, казалось, была цвета темного шоколада. Нос у нее был широкий; ее губы были полными. Ее ноги были невероятно длинными и невероятно тонкими. Действительно, все ее тело имело вытянутую мускулатуру ожившей африканской фигурки.

Для глаз, которые привыкли понимать красоту через призму западной культуры, Век раздражал всех, и черные не были исключением.Многие из них не считали ее красивой. Даже женщины, которые, возможно, смотрели в зеркало и видели ту же почти угольно-черную кожу и туго завитые волосы, отраженные назад, не могли рассчитывать на эту девушку с обложки Elle .

Увидеть и быть увиденным

Журналы о моде и красоте представляют собой образец стремления, часто устанавливая стандарты красоты для женщин из разных культур. Журналы также служат гигантской рекламой для отраслей, зависящих от продажи этих идеалов желающим клиентам.

Wek резко и срочно преобразил компанию. Как будто на какую-то великую культурную гору поднялись прямо по крутому склону, как будто не было ни времени, ни терпения на обратный путь. Видеть празднование Века было волнующим и головокружительным. Все в ней было противоположным тому, что было раньше.

Мы находимся в лучшем месте, чем были поколение назад, но мы не дошли до утопии. Многие из самых клубных сфер красоты до сих пор не включают крупных женщин, инвалидов или пожилых людей.

Но, честно говоря, я не совсем уверен, как будет выглядеть утопия. Неужели это мир, в котором каждый получает тиару и пояс королевы красоты только за то, что появился? Или в нем определение красоты настолько растянуто, что теряет смысл? Возможно, путь к утопии - это переписать определение самого слова, чтобы лучше отразить то, как мы пришли к его пониманию, - как нечто большее, чем эстетическое удовольствие.

«Гуру» красоты Мишель Фан в своем офисе в Лос-Анджелесе владеет линией под названием EM Cosmetics.Ее уроки макияжа и личные видео на YouTube собрали более миллиарда просмотров. «Людям нравится видеть перемены», - говорит она.

Пожалуйста, соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

Сара Рейнертсен, финишировавшая триатлоном Ironman с протезом ноги, сделала карту своего тела в исследовательской лаборатории Nike Sport Research Lab в Бивертоне, штат Орегон. Nike шьет обувь и одежду, чтобы привлечь более широкую группу клиентов, и разрабатывает продукты, подходящие для более разных тел.

Пожалуйста, соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

Мы знаем, что красота имеет финансовую ценность. Мы хотим быть рядом с красивыми людьми, потому что они радуют глаз, но также потому, что мы думаем, что они по своей природе лучшие люди. Нам сказали, что привлекательным людям платят более высокие зарплаты. По правде говоря, это немного сложнее. Это действительно сочетание красоты, интеллекта, обаяния и коллегиальности, которое служит рецептом повышения заработной платы. Тем не менее, красота - неотъемлемая часть уравнения.

Но на очень эмоциональном уровне быть воспринятым как привлекательный означает быть принятым в культурный разговор. Вы являетесь частью аудитории рекламы и маркетинга. Вы желанны. Вас видят и принимают. Когда возникают вопросы о чьей-то внешности, это просто еще один способ спросить: насколько она приемлема? Насколько она актуальна? Она имеет значение?

Сегодня предполагать, что человек не великолепен, - значит рисковать социальным избеганием или, по крайней мере, нападками в социальных сетях. Какой монстр объявляет непривлекательным другого человека? Сделать это - значит фактически отвергнуть этого человека как никчемного.Лучше соврать. Конечно, ты красивая, дорогая; конечно же.

Мы пришли к тому, чтобы отождествить красоту с человечностью. Если мы не видим красоты в другом человеке, мы не видим его человечности. Страшно, насколько важной стала красота. Это касается самой душевности человека.

Красота сегодня стала настолько важной, что отрицать, что люди обладают ею, все равно, что отказывать им в кислороде.

Оксфордская студия моды, группа самопровозглашенных деструкторов моды, устраивает роскошное шоу во время Недели моды в Париже.Коллектив предоставляет платформу для независимых дизайнеров со всего мира.

Пожалуйста, соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

Когда дело доходило до описания женского идеала, было градаций: домашний, jolie laide, привлекательный, красивый и, в конечном счете, красивый. Домашняя женщина справлялась, как могла. Она привыкла к тому, что внешность не была ее самой отличительной чертой. Она была женщиной с потрясающей личностью.У ярких женщин были некоторые характерные черты, которые выделяли их: пышные губы, аристократический нос, великолепный путрин . Многие женщины можно назвать привлекательными. Они были в центре кривой кривой. Довольно было другого уровня. Голливуд полон симпатичных людей.

Ах, как красиво! Красивое - это описание, предназначенное для особых случаев, для победителей генетической лотереи. Красота могла быть даже обузой, потому что поражала людей. Это их запугало.Красота была исключительной.

Но улучшенная пластическая хирургия, более персонализированное и эффективное питание, расцвет фитнес-индустрии и рост числа фильтров для селфи на смартфонах, наряду с ботоксом, наполнителями и изобретением Spanx - все это вместе помогает нам выглядеть лучше и станьте немного ближе к исключительному. Психотерапевты, блоггеры, влиятельные лица, стилисты и друзья из лучших побуждений возвысили свои голоса в хоре бодипозитивных мантр: Иди, девочка! Ты убиваешь! Ясс, королева! Их не обвиняют в том, чтобы говорить грубую правду и помогать нам живо увидеть себя и стать лучшими версиями самих себя.Их роль - постоянное возвышение, чтобы сказать нам, что мы такие же идеальные, как и мы.

И глобализация, ну, все означает, что где-то есть аудитория, которая оценит вас во всем вашем великолепии… что угодно.

Мы все красивы.

В 2016 году Сабрина де Пайва стала первой афро-бразильянкой, выигравшей Мисс Сан-Паулу. Она приняла участие в конкурсе красоты после того, как ее шестилетняя сестра сказала, что хочет осветлить кожу и выпрямить волосы. Де Пайва хотела, чтобы у ее сестры был эталон красоты, похожий на нее, поэтому она присоединилась к конкурсу, чтобы показать сестре другой взгляд на красоту.К ее удивлению, она выиграла.

Пожалуйста, соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

Модели готовятся за кулисами Недели скромной моды в Стамбуле. На скромную моду приходится около 40 процентов рынка роскошной женской моды. Организаторы недели нацелены на то, чтобы сделать Турцию столицей скромной моды.

Пожалуйста, соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

В Нью-Йорке, Лондоне, Милане и Париже - традиционных мировых столицах моды - коды красоты изменились более резко за последние 10 лет, чем за предыдущую сотню.Исторически сдвиги происходили постепенно. Изменения в эстетике не были линейными, и, несмотря на репутацию бунтарской моды, изменения шли медленно. Обороты измерялись в нескольких дюймах.

На протяжении многих лет отмечалась угловатая форма, а затем и более пышные. Средний размер одежды подиумной модели, представляющий идеал дизайнеров, уменьшился с шести до нуля; бледные блондинки Восточной Европы правили подиумом, пока их не свергнули поцелованные солнцем блондинки из Бразилии.Кутюрное тело - худощавое, без бедер и практически с плоской грудью - можно увидеть на классических портретах Ирвинга Пенна, Ричарда Аведона и Гордона Паркса, а также на подиумах таких дизайнеров, как Джон Гальяно и покойный Александр МакКуин. Но затем Миучча Прада, которая была лидером в продвижении почти однородного подиума бледных, белых, тонких моделей, внезапно приняла форму песочных часов. А потом модель больших размеров Эшли Грэм появилась на обложке выпуска купальников Sports Illustrated в 2016 году, а в 2019 году Халима Аден стала первой моделью, которая носила хиджаб в том же журнале, и вдруг все заговорили о скромности и красоте. и более полные цифры… и прогресс головокружительный.

Адиса Стил позирует во время фотосессии в Лос-Анджелесе с компанией Slay Model Management, представляющей трансгендерных моделей. В 2019 году трансгендерные модели заняли 91 место на подиумах по всему миру, что является рекордным показателем. Такие бренды, как CoverGirl, все чаще выбирают трансгендерных моделей, повышая их известность.

Пожалуйста, соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

За последнее десятилетие красота решительно продвинулась вперед на территорию, которая когда-то считалась нишевой. Небинарные и трансгендерные люди являются частью мейнстрима бьюти-нарратива.Поскольку права ЛГБТК были кодифицированы в судах, так и эстетика, присущая им, была поглощена диалогом о красоте. Трансгендерные модели ходят по подиумам и появляются в рекламных кампаниях. Их приветствуют на красной ковровой дорожке за их гламур и хороший вкус, а также за их физические характеристики. Их тела считаются желанными.

Катализатором нашего изменившегося понимания красоты стал идеальный шторм технологий, экономики и поколение потребителей с повышенной эстетической грамотностью.

Технология - это социальные сети в целом и Instagram в частности. Фундаментальный экономический фактор - это безжалостная конкуренция за долю на рынке и необходимость для отдельных компаний расширять свою аудиторию потенциальных клиентов для различных продуктов, от дизайнерских платьев до губной помады. И демографические данные приводят, как это всегда бывает в наши дни, к миллениалам с помощью бэби-бумеров, которые планируют провести эту спокойную ночь с шестью кубиками пресса.

Хеджин Юн перенесла операцию на века в клинике Hyundai Aesthetics в Сеуле.Процедура увеличивает глаза. Южная Корея имеет один из самых высоких показателей пластической хирургии в мире; каждая третья женщина в возрасте от 19 до 29 лет перенесла косметическую операцию.

Пожалуйста, соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

Социальные сети изменили отношение молодых потребителей к моде. Трудно поверить, но еще в 1990-х годах представление о том, что фотографы публикуют фотографии взлетно-посадочной полосы в Интернете, было скандальным. Дизайнеры жили в профессиональном страхе перед размещением всей своей коллекции в Интернете, опасаясь, что это приведет к подделкам, убивающим бизнес.И хотя подделки и копии продолжают расстраивать дизайнеров, настоящая революция, вызванная Интернетом, заключалась в том, что потребители могли видеть почти в реальном времени всю эстетику индустрии моды.

В прошлом показы на подиумах были делом инсайдеров. Они не предназначались для публичного потребления, и все сидящие в зале люди говорили на одном и том же модном лексиконе. Они понимали, что идеи взлетно-посадочной полосы не следует воспринимать буквально; они не обращали внимания на вопросы культурного присвоения, расовых стереотипов и всех разновидностей измов - или они были готовы игнорировать их.Властные маклеры моды продолжали традиции влиятельных маклеров, которые были раньше, с радостью используя черных и смуглых людей в качестве реквизита в фотосессиях, в которых снимались белые модели, прыгнувшие с парашютом для работы.

Но все более разнообразный класс состоятельных потребителей, более обширная розничная сеть и новый медийный ландшафт вынудили индустрию моды более ответственно относиться к тому, как она изображает красоту. Бренды одежды и косметики теперь стараются отразить растущее число потребителей предметов роскоши в таких странах, как Индия и Китай, используя больше азиатских моделей.

Отмечено красотой

На протяжении тысячелетий мы гонялись за красотой, придумывая и раскрашивая свой путь к более желанному идеалу. Культуры каждой эпохи придерживались разных стандартов женской красоты и бесчисленных средств ее достижения, от токсичной свинцовой косметики прошлого до современных инъекций ботокса. Но стандарты часто служат одним и тем же целям: привлечь и удержать партнера; сигнализировать о социальном статусе, богатстве, здоровье или плодовитости; и, конечно же, просто чувствовать себя красивой.

Социальные сети усилили голоса общин меньшинств - от Гарлема до Южного центра Лос-Анджелеса - , так что их призывы к представительству не так легко игнорировать. А рост цифровых публикаций и блогов означает, что каждый рынок стал более свободно говорить на языке эстетики. Возникла совершенно новая категория влиятельных брокеров: влиятельные лица. Они молоды, независимы и одержимы гламуром моды. А влиятельные лица в сфере моды не принимают оправданий, снисходительности или покровительственных просьб о терпении, потому что на самом деле перемены грядут.

Современный стандарт красоты на Западе всегда был основан на худобе. А когда показатели ожирения были ниже, худые модели были лишь небольшим преувеличением в глазах населения в целом. Но по мере роста ожирения дистанция между реальностью и фантазией росла. Людей не терпели фантазии, которые больше не казались доступными даже отдаленно.

Толстые блогеры предупредили критиков, чтобы они перестали говорить им о похудании и не предлагали им способы замаскировать свое тело.Они были полностью довольны своим телом, большое спасибо. Они просто хотели одежду получше. Они хотели, чтобы мода соответствовала их размеру, а не с удлиненными юбками или переделанными платьями-футлярами с рукавами.

Сотрудники небольшого салона Just Beauty International в Лагосе, Нигерия, готовятся к работе, помогая друг другу с макияжем.

Пожалуйста, соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

Они не особо требовали, чтобы их называли красивыми.Они требовали доступа к стилю, потому что считали, что заслужили его. Таким образом, красота и чувство собственного достоинства были неразрывно связаны.

Предоставление женщинам с полной фигурой большего доступа имело экономический смысл. Придерживаясь традиционных стандартов красоты, индустрия моды оставляла деньги на столе. Такие дизайнеры, как Кристиан Сириано, сделали общественное достояние более крупным клиентам, и при этом были провозглашены умными и капиталистическими героями. Сейчас даже самые модные модные бренды часто включают крупные модели на свои показы.

Но этот новый образ мышления касается не только продажи большего количества платьев. Если бы речь шла только об экономике, дизайнеры давно бы расширили свои предложения по размеру, потому что всегда были более крупные женщины, способные и желающие принять моду. Большое просто не считалось красивым. Действительно, даже Опра Уинфри села на диету, прежде чем позировать для обложки Vogue в 1998 году. Не далее как в 2012 году дизайнер Карл Лагерфельд, который умер в прошлом году и сам в какой-то момент имел избыточный вес в 92 фунта, был призван Задача сказать, что поп-звезда Адель «толстовата».

Отношения меняются. Но мир моды по-прежнему беспокоится о крупных женщинах, независимо от того, насколько они известны или богаты. Каким бы красивым ни было их лицо. Поднять их до культового статуса - сложное психологическое препятствие для арбитров красоты. Им нужен гладкий élan в символах красоты. Им нужны длинные линии и острые края. Им нужны женщины, которые могут вписаться в размер выборки.

Женщины посещают в Рио-де-Жанейро крышу Эрики Мартинс Диас, называемой Эрика Бронзовая, для сеанса загара.В технике используется черная лента, чтобы обозначить линию загара бикини.

Пожалуйста, соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

Но вместо того, чтобы работать в вакууме, они теперь работают в среде новых медиа. Обычные люди заметили, есть ли у дизайнеров разнообразный набор моделей, а если нет, критики могут выразить свой гнев в социальных сетях, и разъяренная армия единомышленников может подняться и потребовать перемен. Благодаря цифровым медиа рассказам об истощенных и страдающих анорексией моделях стало легче доходить до широкой публики, и теперь у публики есть способ стыдить и оказывать давление на индустрию моды, чтобы она перестала нанимать этих смертельно худых женщин.Веб-сайт Fashion Spot стал наблюдателем за разнообразием, регулярно публикуя отчеты о демографической разбивке на подиумах. Сколько моделей цветных? Сколько женщин больших размеров? Сколько из них были трансгендерами? Сколько старых моделей?

Можно подумать, что по мере того, как женщины-дизайнеры стареют, они начнут выделять в своей работе пожилых женщин. Но модницы - часть того же культа молодости, который они создали. Им ботокс и диета. Они клянутся сырой пищей и SoulCycle. Как часто вы видите пухлого дизайнера? Седой? Дизайнеры до сих пор используют фразу «старушка» для описания непривлекательной одежды.«Матронское» платье - это нелестное или устаревшее платье. Язык делает предубеждение очевидным. Но сегодня женщины не воспринимают это как нечто само собой разумеющееся. Они восстают. Делать «старое» синонимом непривлекательного просто не выдержит.

Распространение люксовых брендов в Китае, Латинской Америке и Африке заставило дизайнеров задуматься о том, как лучше всего продавать товары этим потребителям, избегая при этом культурных минных полей. Им пришлось ориентироваться в освещении кожи в некоторых частях Африки, в культуре милых Лолитов в Японии, в одержимости хирургией двойных век в странах Восточной Азии и в предрассудках колоризма, ну, практически везде.Идеализированная красота нуждается в новом определении. Кто разберется? А какое будет определение?

Ами МакКлюр заплетает косы дочерей в их доме в Нью-Джерси, в то время как близнецы Алексис (в розовом) и Ава (в фиолетовом) поправляют волосы своих кукол. Карьера близнецов МакКлюр в индустрии красоты началась с акцента на натуральных волосах после того, как они стали популярными на YouTube. У них почти два миллиона подписчиков в Instagram.

Пожалуйста, соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

Гбемисола Ибитой переодевается во время свадьбы в Лагосе. Свадебная индустрия в Нигерии процветает. В 2014 году из 17 миллионов долларов, потраченных на вечеринки в Лагосе, по крайней мере пятая часть была потрачена на свадьбы.

Пожалуйста, соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

На Западе, унаследованные СМИ теперь разделяют влияние с цифровыми СМИ, социальными сетями и новым поколением писателей и редакторов, которые достигли совершеннолетия в гораздо более многокультурном мире - мире, который имеет более подвижный взгляд на мир. Пол.Тысячелетнее поколение, родившееся между 1981 и 1996 годами, не склонно ассимилироваться с доминирующей культурой, но гордо стоять в стороне от нее. Новое определение красоты создается поколением селфи: людьми, которые являются звездами своего собственного повествования.

Новую красоту не определяют ни прическа, ни фигура, ни возраст, ни цвет кожи. Красота становится не столько вопросом эстетики, сколько самосознанием, личным чванством и индивидуальностью. Речь идет о точеных руках, накладных ресницах и лбу без морщин.Но это также определяется округлыми животами, мерцающими серебристыми волосами и приземленными недостатками. Красавица - миллениал, расхаживающий по городу в леггинсах, укороченном топе и выступающем за пояс животом. Это молодой человек, мчащийся по подиуму в ботинках выше колена и шортах до бедра.

Красота - это политкорректность, культурное просвещение и социальная справедливость.

Девочки из семей из фавел Рио-де-Жанейро берут урок в балетной программе Na Ponta dos Pés, проводимой Туани Насименто.Сама балерина из фавел, Насименто рассматривает балет как способ для девочек обнять свое тело и обрести уверенность. Она считает, что красота и сила взаимосвязаны.

Пожалуйста, соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

В Нью-Йорке, , есть модный коллектив Vaquera, который устраивает показы на подиумах в ветхих условиях с резким освещением и без гламура. Актерский состав мог свалиться с поезда F после бессонной ночи. Их волосы растрепаны.Их кожа выглядит так, будто покрыта тонким слоем ночной сажи. Они топают по взлетно-посадочной полосе. Прогулку можно интерпретировать как злую, неуклюжую или просто как легкое похмелье.

Модели с мужественной внешностью носят платья принцесс, которые свешиваются на плечи со всем очарованием занавески для душа. Женственно выглядящие модели агрессивно шагают на скоростную прогулку с сутулой осанкой и мрачным выражением лица. Вместо того, чтобы удлинить ноги и создать силуэт песочных часов, одежда делает ноги коренастыми, а туловище толстым.Vaquera - одна из многих компаний, которые обращаются к уличному кастингу, который в основном вытаскивает необычных персонажей с улицы и выставляет их на подиум, по сути, объявляя их красивыми.

В Париже дизайнер Джон Гальяно, как и бесчисленное множество других дизайнеров, размывает гендерные аспекты. Он сделал это преувеличенно и агрессивно, то есть вместо того, чтобы создать платье или юбку, которые соответствовали бы линиям мужского телосложения, он просто задрапировал это телосложение платьем.В результате получается не одежда, которая якобы нацелена на то, чтобы люди выглядели как можно лучше. Это заявление о наших упорных представлениях о поле, одежде и физической красоте.

Флавия Карвалью и Джулия Мария Векки на вечеринке в Сан-Паулу, посвященной разнообразию во всех его формах. По словам Карвалью, движение за бодипозитив в Бразилии, движимое социальными сетями, побуждает людей «свободно жить в своем теле».

Пожалуйста, соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

Не так давно линия одежды Universal Standard опубликовала рекламную кампанию с участием женщины, которая носит 24-й размер США. Она позировала в нижнем белье и белых носках. Освещение было приглушенным, волосы слегка вьющимися, а на бедрах ямочки от целлюлита. В этом изображении не было ничего волшебного или недоступного. Это был преувеличенный реализм - противоположность ангела Victoria’s Secret.

Подрываются все общепринятые представления о красоте. Это новая норма, и это шокирует.Кто-то может возразить, что это даже довольно некрасиво.

Несмотря на то, что люди говорят, что они хотят инклюзивности и постоянных людей - так называемых настоящих людей, - многие потребители по-прежнему обеспокоены тем, что это, это то, что сходит за красоту. Они смотрят на женщину весом 200 фунтов и, бегло кивнув ее уверенности, беспокоятся о ее здоровье, хотя никогда не видели ее медицинских записей. Это более вежливый разговор, чем аргумент против объявления ее красивой. Но тот факт, что эта модель Universal Standard находится в центре внимания в ее нижнем белье - точно так же, как ангелы Victoria’s Secret и женщина Maidenform была поколением до этого - является актом политического протеста.Речь идет не о желании быть кинозвездой, а о том, чтобы иметь право на существование своего тела без отрицательного суждения. Как общество, мы не признаем ее права просто быть. Но, по крайней мере, мир красоты дает ей платформу, на которой она может изложить свои аргументы.

Джоани Джонсон, начавшая карьеру модели в возрасте 60 лет, позирует портрету в Нью-Йорке. Она появлялась на подиумах и в печатной рекламе таких брендов, как Fenty, Eileen Fisher и Tommy Hilfiger. Рекламные кампании, как правило, были прерогативой молодых моделей.

Пожалуйста, соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

Это требование не только со стороны полных женщин. Пожилые женщины настаивают на своем месте в культуре. Чернокожие женщины требуют, чтобы им разрешили стоять в центре внимания со своими натуральными волосами.

Нет нейтрального заземления. Тело, лицо, волосы стали политическими. Красота - это уважение и ценность, а также право на существование, при этом вам не нужно фундаментально менять то, кем вы являетесь.Для чернокожей женщины то, что ее натуральные волосы воспринимаются как красивые, означает, что ее курчавые кудри не являются признаком ее непрофессионализма. Для женщины больших размеров включение ее животика в разговор о красоте означает, что незнакомцы не будут критиковать ее за то, что она съела десерт на публике; ей не нужно будет доказывать своему работодателю, что она не ленива, не лишена силы воли или иным образом не владеет собой.

Когда морщины пожилой женщины кажутся красивыми, это означает, что ее действительно видят.Ее не упускают из виду как полноценного человека: сексуальную, веселую, умную и, что более чем вероятно, глубоко вовлеченную в мир вокруг нее.

Увидеть красоту в дрожащих мускулах женщины - значит принять ее силу, но также избегать представления о том, что женская красота приравнивается к хрупкости и слабости. Чистая физическая сила ошеломляет.

«Сам себе, кто ты есть», - гласила футболка на показе весеннего 2020 года на показе Balmain в Париже. Креативный директор бренда Оливье Рустен известен своим вниманием к красоте.Он вместе с Ким Кардашьян помог популяризировать понятие «стройная толстая», описание фигуры в виде песочных часов в 21-м веке с поправками, сделанными для атлетизма. «Стройная толстая» описывает женщину с выпуклой задницей, грудью и бедрами, но со стройной подтянутой средней частью. Это тип телосложения, который был продан бесчисленным количеством кроссовок для талии и был применен к таким женщинам, как певица и модный предприниматель Рианна, у которых нет стройного телосложения марафонца.

Тонкая толстая может быть просто еще одним типом телосложения, которым одержимы женщины.Но это также дает женщинам лицензию на создание термина для описания своего тела, превращения его в хэштег и начала подсчета лайков. Признайте, кто вы есть.

Когда я смотрю на фотографии группы женщин в отпуске или матери с ребенком, я вижу дружбу и преданность, радость и любовь. Я вижу людей, которые кажутся буйными и уверенными. Возможно, если бы у меня была возможность поговорить с ними, я бы нашел их умными и остроумными или невероятно харизматичными. Если бы я узнал их и полюбил их, я бы тоже назвал их красивыми.

Если бы я посмотрел на портрет моей матери, я бы увидел одного из самых красивых людей в мире - не из-за ее скул или аккуратной фигуры, а потому, что я знаю ее сердце.

Как культура, мы на словах придерживаемся мнения, что важна внутренняя красота, хотя на самом деле реальную социальную ценность несет внешняя версия. Новый взгляд на красоту побуждает нас объявить красивым кого-то, кого мы еще не встречали. Это заставляет нас предполагать лучшее о людях. Он просит нас общаться с людьми так, чтобы это было почти по-детски в своей открытости и легкости.

Современная красота не требует, чтобы мы приходили к столу без осуждения. Он просто просит нас прийти, предполагая, что все присутствующие имеют право быть там.

Робин Гиван - лауреат Пулитцеровской премии журналист и модный критик журнала Washington Post и автор книги Версальская битва: ночь. Американская мода оказалась в центре внимания и вошла в историю. Ханна Рейес Моралес - филиппинский фотограф и исследователь National Geographic, чья работа сосредоточена на устойчивости и человеческих связях.

Посмотрите, как меняются типы телосложения на протяжении истории

Представления о красоте и типах телосложения не только различаются в зависимости от культуры, но и претерпевают значительные изменения на протяжении всей истории человечества.

В визуально динамичной попытке воссоздать эту эволюцию, BuzzFeed Video продемонстрировал разнообразный набор моделей, чтобы изобразить идеальные типы телосложения женщин за более чем 3000 лет в соответствии со стандартами красоты каждого общества.

Вот идеальные типы с разбивкой по времени:

Древний Египет (ок.1292 - 1069 до н.э.)

В эту эпоху идеальную женщину описывают как:

  • Стройное
  • Узкие плечи
  • Высокая талия
  • Симметричное лицо

В Древнем Египте женщин поощряли в их независимости и красоте. Древнеегипетское общество способствовало созданию благоприятной для секса среды, в которой добрачный секс был полностью приемлемым, и женщины могли разводиться со своими мужьями без стыда.

↑ Содержание ↑

Древняя Греция (ок.500 - 300 г. до н.э.)

В тот период идеальной женщиной было:

  • Пухлая
  • Полнотелая
  • Светлая кожа

Древняя Греция поклонялась мужской форме, даже провозглашая женские тела «изуродованными» версиями мужских. В этот период мужчины столкнулись с гораздо более высокими стандартами красоты и совершенства, чем женщины.

↑ Содержание ↑

Династия Хань (ок. 206 г. до н.э. - 220 г. н.э.)

В этот период у идеальной женщины было:

  • Тонкая талия
  • Бледная кожа
  • Большие глаза
  • Маленькие ступни

Маленькие ступни - один из аспектов китайской красоты, сохраняющийся на протяжении сотен лет.Во времена династии Хань китайская культура предпочитала стройных женщин с длинными черными волосами, белыми зубами и красными губами. Исторически сложилось так, что китайцы отдавали предпочтение женщинам с ультра-женственностью.

↑ Содержание ↑

Итальянский ренессанс (ок. 1400 - 1700)

В эту эпоху идеальная женщина описывается как имеющая:

  • Широкая грудь
  • Круглый живот
  • Широкие бедра
  • Светлая кожа

В эпоху итальянского Возрождения обязанностью жены было отражать статус мужа как в поведении, так и во внешнем виде.Полное тело, светлые волосы и светлая кожа считались высшими признаками красоты.

↑ Содержание ↑

Викторианская Англия (ок. 1837 - 1901)

В этот период красивых женщин фигурировали как:

  • Желательно пухленький
  • Полноценный
  • Суженная талия

Ах, эра корсетов. В этот период женщины стягивали талию обтягивающим нижним бельем, чтобы создать впечатление желаемой фигуры в виде песочных часов.Этот период длился во время правления королевы Виктории, которую многие считали одной из самых влиятельных фигур того времени.

↑ Содержание ↑

Ревущие двадцатые годы (ок. 1920-е)

В этот период у идеальной женщины было:

  • Плоская грудь
  • Заниженная талия
  • Короткая прическа Боб
  • Мальчишеская фигура

Красота 1920-х годов отличалась андрогинным образом женщин. Они носили бюстгальтеры, которые сглаживали их грудь, и носили одежду, которая придавала им вид без изгибов.Женщины даже укоротили волосы, оставив позади давнее убеждение, что длинные волосы символизируют красоту и желанность.

↑ Содержание ↑

Золотой век Голливуда (ок. 1930-х - 1950-е годы)

В эту эпоху идеальная женщина описывается как имеющая:

  • Кривые
  • Песочные часы Фигура
  • Большая грудь
  • Тонкая талия

Тенденция к мальчишеской фигуре длилась недолго. Перенесемся на десятилетие вперед, и фигура в виде песочных часов вернулась.Классическим примером идеального женского тела является Мэрилин Монро, золотая девушка Голливуда.

↑ Содержание ↑

Swinging Sixties (ок. 1960-е)

В этот период обожали этот женский образ:

  • Willowy
  • Thin
  • Long, slim Legs
  • Adolescent Physique

Мир, любовь и стройность, казалось, были девизом идеальной красоты для женщин в 1960-е годы. «Колеблющийся Лондон», термин, использовавшийся для описания процветающей модной и культурной сцены Лондона в 1960-х годах, повлиял на женскую одежду и стиль в Америке в тот же период.

↑ Содержание ↑

Эпоха супермоделей (ок. 1980-е)

В эту эпоху отмечен этот тип телосложения:

  • Athletic
  • Svelte, but Curvy
  • Tall
  • Toned Arms

В этот период времени возник феномен помешательства на физических упражнениях. В моде были видеоролики о тренировках, которые поощряли женщин быть худыми, но при этом оставаться в хорошей форме. В эту эпоху также наблюдался всплеск анорексии, которая, по мнению некоторых экспертов, была вызвана широко распространенной одержимостью физическими упражнениями.

↑ Содержание ↑

Героиновый шик (ок. 1990-е)

Идеального телосложения этого периода:

  • Бездомный
  • Чрезвычайно тонкий
  • Полупрозрачная кожа
  • Андрогинный

Бездомный шик, кто-нибудь? Знаменитым телом того времени была женщина, которая выглядела худой, хрупкой и запущенной. Модель Кейт Мосс была героиней героинового десятилетия - бледной, замкнутой и худой.

↑ Содержание ↑

Постмодернистская красота (ок.2000-е - сегодня)

Наши текущие стандарты красоты для женщин включают:

  • Плоский живот
  • «Здоровая» худенькая
  • Большая грудь + попа
  • Зазор между бедрами

Ким Кардашьян, как ни прискорбно, является образцом идеальных стандартов красоты для современной женщины. Ожидается, что женщины будут худыми, но не слишком худыми, с большой грудью и большой задницей, при этом живот будет плоским. Женщины все чаще ищут «исправления» пластической хирургии, чтобы добиться такого образа.

* оригинал сообщения и все фото можно посмотреть здесь

↑ Содержание ↑

Бонус: женский макияж на протяжении всей истории

Итак, что вы думаете? Что вызывает эти резкие сдвиги в стандартах красоты? Ведущая женская историческая фигура или известная модель? Индустрия моды или Голливуд?

Требования идеала красоты: что от нас требуется?

Красота - это большой бизнес, особенно в это время года, но это также область, вызывающая растущее беспокойство общественности.С постоянно расширяющимся набором технологических настроек и исправлений, индустрия красоты и диета стала предметом серьезных опасений по поводу безопасности людей, которые решили пройти эти процедуры. Мы можем взять в качестве примеров скандал с грудным имплантатом PIP или трагический случай Джой Уильямс, 24-летней девушки из Темзмида, которая умерла после поездки в Таиланд для проведения операции по сниженной цене, которая пошла не так. Есть также опасения по поводу отсутствия регулирования так называемых неинвазивных процедур - в недавнем отчете Министерства здравоохранения кожные наполнители описываются как «кризис, ожидающий своего часа».

Более того, мы беспокоимся - в большей или меньшей степени - о том, в какой степени нам следует заниматься такой практикой. Нужно ли наносить макияж на работу? Что от нас требуется для окрашивания и удаления волос на теле? Станут ли имитирующие молодежь процедуры, такие как ботокс, нормой в будущем? А что мы должны говорить нашим детям?

Чтобы представить это в контексте, мы должны подумать о том, как исторически считался макияж. До недавнего времени респектабельным женщинам макияж был запрещен - это было признаком проституции, отсюда так много разговоров о щипании щек и прикусывании губ в литературе XIX века - тогда как сейчас это норма для большинства женщин.Кампании по сбору средств, такие как инициатива «селфи без макияжа», заслуживают внимания именно потому, что очень редко можно увидеть женщину на публике без макияжа. За очень короткий период времени то, что считается нормальной и необходимой практикой с точки зрения «текущего обслуживания», резко изменилось. В частности, молодые женщины теперь рассматривают удаление волос на теле как базовый уход - задачу столь же необходимую и ничем не примечательную, как чистка зубов. Как и в случае с нормами макияжа и окрашивания волос, эпиляция является ярким примером появления более требовательных норм.

В Университете Бирмингема ведутся различные исследовательские проекты, в ходе которых исследуются современные методы красоты и лежащие в их основе предположения. К ним относятся крупная исследовательская стипендия Леверхульма под названием «Perfect Me!» И, совместно с профессором Джин МакХейл, в партнерстве с Советом Наффилда по биоэтике, сеть Совета по исследованиям в области искусства и гуманитарных наук по «Изменяющимся требованиям к красоте».

Предположение о том, что красивое, более совершенное «я» является более счастливым и успешным «я», глубоко укоренилось в популярном дискурсе, а используемый язык исключительно ценностен: нас призывают быть «лучшими, какими мы можем быть» и стремиться к этому. наши «лучшие качества».Мы должны делать это, потому что мы «того стоим», а это означает, что если мы этого не сделаем, мы виноваты и заслуживаем порицания за то, что «позволили себе уйти». Именно здесь концепции красоты, счастья и успеха начинают сливаться с предположением, что чем ближе мы подходим к этому идеалу, тем счастливее и успешнее мы становимся. По этой причине многие женщины - и все чаще мужчины - испытывают сильное давление, чтобы достичь совершенства.

Эти предположения проблематичны по ряду причин - наиболее очевидно, что идеал недостижим для большинства из нас (и, в конечном итоге, для всех нас, поскольку мы стареем, морщимся и обвисаем).Вдобавок идеал, кажется, стал более требовательным и повсеместным, требуя более широкого диапазона практик и применим к большему количеству типов женщин и мужчин в большем количестве мест. В результате становится труднее сопротивляться конформизму, а понимание того, что нормально и приемлемо, сужается. Учитывая это, вполне вероятно, что нынешние этические подходы - особенно те, которые полагаются только на индивидуальный выбор и согласие - ошибочны. Они не принимают во внимание силу нынешнего доминирующего идеала и его общинный характер.Идеал красоты и лежащие в его основе предположения разделяются, как и вытекающие из него ожидания. Мы не можем выбрать свой собственный идеал красоты - мы можем только выбрать, соответствовать ему, воплощать его или отвергать.

Как превосходство белых и капитализм влияют на стандарты красоты

Связь между красотой и духовностью приняла более строгий характер в средние века с подъемом христианства в Европе. «Теперь [женщин] призывали казаться чистыми и девственными, вечно молодыми», - пишет Марк Тунгейт в книге «Красота под брендом» : как маркетинг изменил наш внешний вид . Светлые черты лица, такие как светлые волосы, голубые глаза и светлая кожа, считались физическими проявлениями «света Божьего». Примерно с 15 века «колонизаторы отправились в Африку, Азию и Латинскую Америку и представили идею о том, что белизна - это хорошо, что нет ничего лучше белого», - говорит Адаве. «Если бы вы были белыми, у вас было бы лучшее экономическое благополучие, у вас была бы хорошая работа и образование».

Цвет кожи издавна имел классовую коннотацию. В раннем египетском, греческом и римском обществах светлая кожа ассоциировалась с принадлежностью к более высокому классу, потому что «женщина со светлой кожей явно вела совсем другой образ жизни, чем бронзовый рабочий», - пишет Тунгейт, - но колониализм воспринял эту концепцию. и применил его к гонкам.

«Такая же идеология была во времена рабства в Соединенных Штатах», - говорит Адаве. «Те, у кого более темная кожа, работали в поле на улице. Предпочтение отдавалось тем, у кого светлая кожа, они работали по дому. Те, у кого светлая кожа, считались красивыми, и это все еще продолжается в культурах и внутри групп ». Она говорит, что даже когда колонизаторы покинули США, даже когда рабство было отменено, стандарт остался. «Колонизаторы ушли, но оставили наследие: наследие белизны.Это постоянная колонизация мышления ".

Мышление колонизатора сохраняется и сегодня. Это отражается на лицах на страницах модных журналов, которые до недавнего времени были почти исключительно белыми. Он есть в каждой коллекции тональных кремов, в которой есть 10 вариантов для белых женщин и только два для чернокожих; это все еще слишком распространенное явление, несмотря на то, что отрасль уделяет особое внимание более широкому выбору оттенков. Он встроен в косметические корпорации, которые продолжают продавать кремы для осветления кожи в Азии - хотя кремы для осветления кожи, которые, в ответ на недавнюю негативную реакцию, теперь имеют менее откровенно расистские названия продуктов.

Таким образом, колониализм дал капитализму блестящую бизнес-модель для подражания: он продемонстрировал, насколько легко извлечь выгоду из глубоко укоренившейся неуверенности, проистекающей из того, что в течение всей жизни к вам относились как к меньшему. Итак, на протяжении всей истории капитализм сеял семена незащищенности во всех нас. Многое из того, что мы считаем правдой в отношении нашего тела, является не чем иным, как маркетингом, созданным косметическими брендами для заработка.

В книге War Paint автор Линди Вудхед документирует карьеру косметического предпринимателя Хелены Рубенштейн, написав: «Она была первым специалистом по красоте, который классифицировал кожу как« сухую »,« нормальную »и« жирную »» в начале 1900-х годов. , и использовала эту классификацию, чтобы продать свой крем для лица Valaze.Именно тогда женщины начали чувствовать, что нормальные функции своей кожи (образование морщин и пятен, выработка масла, наличие мертвых клеток кожи) как-то неправильно, «и покупка кремов исправит все».

Точно так же типичный сегодня режим ухода за волосами не был прописан экспертами в области здравоохранения, но - сюрприз! - маркетолог. Когда Эжен Шуэллер, создатель L’Oréal, представил шампунь бренда в 1938 году, он также ввел новый стандарт: «Во Франции проживает 43 миллиона человек», - сказал он тогда, по данным Tungate.«Представим, что эти 43 миллиона человек мыли волосы раз в неделю. Мы продали бы в 20 раз больше единиц, чем продаем сейчас ».

Шюллер резюмировал свой маркетинговый подход: «Говорите людям, что они отвратительны, они плохо пахнут и непривлекательны». Просто, знаете, тонко. Психологические манипуляции - это фундамент, на котором построен косметический маркетинг. Этот метод не только идеален для продажи товаров; он также идеально подходит для сохранения патриархата.

Будь прокляты идеалы красоты | Психология сегодня

Соавтор Лори Соуза, Ph.D.

Если вы спросите почти любую женщину, она сможет описать вам, как, по ее мнению, она «должна» выглядеть. Это не означает, что на эту тему нет вариаций (особенно исторических и этнических). Молодые женщины будут включать большую добычу в свои культурные идеалы, в то время как мы, женщины среднего возраста, меньше думаем о своих ягодицах (помимо надежды на то, чтобы избежать слишком сильного провисания).Но большинство женщин скажут вам, что их идеал - относительно худые, относительно подтянутые, несколько грудастые и соблазнительные.

Большинство женщин также скажут вам, что они не соответствуют своему идеалу. По данным некоторых наших исследований (CM), 90% женщин недовольны своей внешностью. Похоже, это наводит на мысль, что метрика, которую они используют для самооценки, может быть слишком жесткой, не так ли? Но разве неудовлетворенность телом - это единственный возможный результат, когда женщины понимают, что они не выглядят так, как их социализировали, как они думают?

Другие последствия включают расстройство пищевого поведения, депрессию, беспокойство и социальную изоляцию.Это реальные серьезные проблемы для многих женщин, а не поверхностные проблемы, которые легко решить. Они глубоко укоренились в культуре, которая представляет женские стандарты красоты, которые одновременно узки и по большей части неподвластны нашему контролю. Недавние исследования показывают, что идеал худобы не для всех под силу. Биология, генетика, эпигенетика, детские травмы и наши индивидуальные микробиомы - все это влияет на метаболизм и общий вес. Женщины могут быть сбиты с толку культурными сообщениями, указывающими на то, что они слишком худые или недостаточно худые, и все же значительная часть этого может быть зашита.Недостижимые стандарты могут быть сокрушительными, особенно для молодых девушек, которые обращаются к окружающему миру за руководством по мере того, как они становятся взрослыми.

Шарлотта Марки / Shutterstock

Источник: Шарлотта Марки

В какой-то момент мы оба поняли, что никогда не встретим эти идеалы. Это примечательно, потому что мы были социализированы в разных семьях, в разных городах, среди множества разных переживаний, чтобы поверить, что наша ценность связана с нашей внешностью.Путь к этому осознанию не был одинаковым для каждого из нас.

Одна из нас (LS) может вспомнить момент в четвертом классе, который был прозрением: Кристи Бринкли была повсюду в то время, и когда LS сравнила себя с этим образцом, она знала, что ее ценность никогда не будет заключаться в том, чтобы быть высокой и худой. , и тем более не блондинка. Это переросло в освобождающее осознание того, что ей придется сосредоточиться на других сильных сторонах: успеваемость в школе, занятия спортом и стремление к своим долгосрочным целям.Эти осознания привели к тому, что на всю жизнь была привержена равенству, доктор философии. в области психологии и успешной карьеры и семейной жизни (включая очень эгалитарный 20-летний брак).

Решить оттолкнуть - или просто отвергнуть - идеалы красоты, которые нас окружают, непросто, но молодые люди могут оказаться в лучшем положении, если они обратятся к растущему числу примеров бодипозитива, появляющихся в социальных сетях и внутри культура знаменитостей (см. Лиззо, Ронду Роузи и Серену Уильямс, и это лишь некоторые из них.)

Движение бодипозитива частично поддерживается акцентом на женской силе. Одна женщина, у которой мы взяли интервью во время работы над этим постом, Эллисон, рассказала, как тяжелая атлетика помогла ей изменить ее взгляды на себя и женскую красоту в целом. Она сказала: «После нескольких месяцев занятий поднятием тяжестей я поняла, насколько хорошо я выгляжу и чувствую себя… Впервые в жизни я не только выглядела сильной, но и чувствовала себя сильной. Моя жизнь стала меньше заниматься диетой и упражнениями, а больше - едой и тренировками ». Сосредоточившись на здоровье и функциональном фитнесе, Эллисон смогла противостоять идеалам женской красоты, которые она привыкла принимать, и теперь стремится быть послом для других женщин, стремящихся улучшить свое здоровье и физическую силу.Она сказала нам: «Я смотрела на других женщин, которые занимались спортом, когда только начинала, поэтому моя обязанность - научить других женщин стремиться к силе, а не к худощавости».

Другая женщина, с которой мы разговаривали, Джесс начала тренироваться в тренажерном зале CrossFit семь лет назад и рассказала о том, как это изменило ее взгляд на свое тело. «Людей, которые занимаются кроссфитом, не волнует, насколько вы медленны, насколько вы не в форме или финишируете ли вы первым; их просто волнует, приложите ли вы все свои усилия.«Эта среда также помогла ей переосмыслить свой подход к своему здоровью; она хотела заниматься спортом, чтобы чувствовать себя хорошо и иметь возможность совершать физические подвиги, например, восхождение на гору высотой 10 000 футов, цель, которую она недавно достигла.

Нельзя сказать, что фитнес - это панацея от неудовлетворенности телом. Фактически, некоторые исследования показывают, что цели в фитнесе могут быть такими же проблематичными, как и цели по внешнему виду - если только люди не теряют цели по внешнему виду. Другими словами, упражнения для похудения вряд ли улучшат образ тела.Выполнение упражнений, направленных на то, чтобы почувствовать себя сильным и достичь физических целей, кажется гораздо более адаптивным.

Шарлотта Марки / Shutterstock

Источник: Шарлотта Марки

Это было подтверждено другими исследованиями, которые показали, что размышления о том, как функционируют наши тела или наша «функциональность», могут улучшить позитивный образ тела. Меньше придавая значения внешнему виду и больше физическим способностям, можно также уменьшить надзор за телом и самообъективацию, обычную для девочек и женщин.Некоторые исследователи образа тела даже назвали этот подход актом «упреждающего сопротивления» в разрушительной культуре, ориентированной на внешний вид. Это кажется таким простым, но может быть трудно сосредоточить больше внимания на том, что делают наши тела и меньше на том, как они выглядят .

Один из нас (CM) постепенно отказался от нереалистичных идеалов красоты в раннем взрослом возрасте. В какой-то момент осознание того, что люди ценят ее за ум не меньше, чем за внешний вид, придаст сил. Как и все, на что ее тело было способно: иметь двоих детей, бегать на длинные дистанции и выполнять банальные обязанности повседневной жизни.Но на самом деле именно при изучении образа тела сформировалась ее идентичность как человека, который не хотел быть пешкой в ​​репрессивной культуре.

У всех нас есть выбор: мы можем принять идеалы красоты или противостоять им. Сопротивляясь, мы будем работать над их изменением.

Лори Соуза получила степень магистра психологии консультирования и степень доктора социальной психологии и психологии личности. Она работала аналитиком, консультантом по статистике, владельцем консалтинговой компании в области образовательных исследований, а также преподавала и участвовала в качественных и количественных исследованиях более 20 лет.(coreducational.com)

Следуйте за мной в Twitter @char_markey или посетите мою веб-страницу.

Авторские права Шарлотта Марки, 2019.

Красота в глазах колонизатора? : Кодовый переключатель: NPR

Быстро - подумайте о самом красивом человеке, которого вы знаете. Это твой партнер? Ваша мать? Рианна? (Подожди, ты знаешь Рианну? Это потрясающе!)

Есть миллион разных причин, по которым мы считаем определенных людей красивыми.Но нельзя отрицать, что многие современные стандарты красоты в США основаны на определенном типе красоты - в том, который сосредоточен на типе белой женственности, доступной только избранным.

Итак, на этой неделе на Ask Code Switch мы отвечаем на вопрос Сесилии Фернандес из Анн-Арбора, штат Мичиган. Она написала нам в Твиттере, чтобы спросить: «Помимо естественного движения волос, какие еще способы деколонизируют цветные женщины? их распорядок красоты? "

Сесилия, это действительно отличный вопрос.Как человеку, который годами гладил мои локоны и страдал от ортодонтии, мне тоже было очень любопытно по этому поводу.

Итак, для начала давайте поговорим о том, что означает, когда мы говорим, что наши представления о красоте «колонизированы».

Подумайте о , почему этот человек красив. Это из-за их идеально белых зубов? Их густые блестящие волосы? То, что их черты лица идеально соответствуют западным нормам красоты?

Начнем с того, что многие современные западные стандарты красоты отмечают белизну - не какую-то объективную, биологическую, эволюционную вещь, а буквально просто быть белым человеком.Фактически, если вы вернетесь и посмотрите на работы некоторых ранних расовых теоретиков, таких как Кристоф Майнерс и Иоганн Блюменбах, они определили категорию «белые» или «европеоиды» как самые красивые из рас.

«Для [этих расовых теоретиков] было важно превосходить во всех сферах», - говорит Нелл Ирвин Пейнтер, художник и историк, написавшая «Историю белых людей». Она говорит, что группа ученых, которые первыми создали эти расовые категории, были сторонниками превосходства белой расы, так что «они не только хотели, чтобы люди, которых они называли« своими женщинами », были самыми красивыми, а« их мужчины »- самыми мужественными.Они хотели, чтобы в «их странах» была лучшая политика. Вот и хотели , все получше. И это включает в себя красоту ».

Трудно поколебать эту ассоциацию между красотой и белизной. Есть причина, по которой многие люди до сих пор думают о« всеамериканской красавице »как о тонкой блондинке с голубыми глазами. только в 1940 году правила были изменены, чтобы позволить цветным женщинам участвовать в конкурсе «Мисс Америка». До этого официальные правила гласили, что конкурсанты должны быть «здоровыми и принадлежать к белой расе».«

Решения о том, кого общество считает красивым, также во многом зависят от класса. Нелл Ирвин Пейнтер отмечает, что многие вещи, которые мы считаем красивыми, на самом деле являются лишь показателями богатства. Подумайте, сколько стоит косметическая операция, подтяжки или даже косметическая процедура.

(Стоит отметить, что косметические процедуры и процедуры по уходу за здоровьем или уходом во многом совпадают. Конечно, люди чистят зубы, чтобы предотвратить кариес, но во многих зубных пастах также есть отбеливающие средства.И вы можете сушить волосы феном, чтобы они высохли или чтобы они стали блестящими и пышными. В этом контексте мы думаем о чисто эстетических частях повседневного распорядка, а не о тех, которые связаны со здоровьем, функциональностью или гигиеной.)

Итак, как же противостоять всему этому? Многие люди говорят о важности покупки макияжа или одежды, разработанной цветными женщинами. Но на протяжении всей истории многие из самых эффективных движений были направлены на расширение наших представлений о том, что значит быть красивой.

Давайте ненадолго вернемся к естественному движению волос. Это произошло из более широкого движения Black is Beautiful в 1960-х и 1970-х годах. Это движение, возникшее среди более широких движений за Власть черных и за гражданские права, было направлено на утверждение аспектов черноты, которые считались уродливыми по белым колониальным стандартам. Организаторы движения начали признавать политическую силу, стоящую за идеей о том, что все аспекты черноты прекрасны.

Нелл Пейнтер говорит, что движение оказало огромное влияние как на нее, так и на ее семью.Она говорит, что не думала о себе как о красивой, пока ей не исполнилось тридцать, примерно в то время, когда возникло понятие «черный цвет прекрасен». То же самое произошло с ее матерью, которая родилась в 1917 году:

«Моя мать была очень красивой. Но моя мать была темнокожей, поэтому она никогда не считала себя красивой ... черный как красивый, это был настоящий прорыв. Итак, моя мать стала красивой женщиной, и люди говорили ей, что она красива, и ей потребовалось много времени, чтобы смириться с этим.Не знаю, действительно ли она это делала ».

Есть и другие движения, которые пытались рассматривать красоту как политическую силу. В Мексике существовало движение коренных народов. Одной из его икон была художница Фрида Кало. -портреты, она рисовала себя в доколумбовой одежде и с прическами, с видимыми волосами на лице и волосами между бровями. Многие описали этот художественный выбор как радикальный отказ от белых, колониальных стандартов красоты.

И в наши дни многие женщины отвергают идею о том, что им следует удалять волосы на лице и теле, чтобы их считали красивыми, гигиеничными или профессиональными.Активистка и модель Харнаам Каур рассказала о том, как изменилась ее жизнь после того, как она решила перестать брить бороду: «Я чувствую себя намного сильнее и свободнее, чтобы быть тем, кем я являюсь, и свободно принимать то, кем я являюсь ... Я здесь как женщина, которая носит что-то, что должно быть - в кавычках "должно быть" - мужской чертой ".

Движение за позитивное тело и движение за прием жира также постоянно отталкивают идею о том, что худые, молодые, белые, здоровые женщины являются воплощением красоты или что красота должна быть предварительным условием уважения с самого начала.

Следует помнить, что красота - это аспект силы. Если вас считают красивым, это может помочь вам получить доступ к определенным пространствам или повысить вашу силу в определенных условиях. Точно так же кажущееся отсутствие красоты, отказ или неспособность соответствовать определенным стандартам красоты также имеет действительно ощутимые последствия.

Нолив Рукс - профессор Корнельского университета, преподающий политику расы и красоты. Она говорит, что женщин помещают в разные категории в зависимости от того, «как они выглядят в мире», и что попытки деколонизировать свой распорядок красоты часто приводят к противодействию со стороны внешнего мира - особенно для чернокожих и смуглых людей.В качестве примера она привела Хэмптонский университет в Вирджинии. В 2012 году это исторически черное заведение попало в новости из-за политики бизнес-школы, согласно которой студенты мужского пола не могли носить дреды, поскольку считались непрофессиональными.

Грач говорит: «Если вы тот, кто любит телесный позитив, самоутверждение и украшения, вот что я сделаю:« Я хочу дреды »- да, вы можете сделать это. Вы может деколонизировать этот образ так, как вы считаете важным для себя.Но ты не можешь так ходить в эту школу. ... До недавнего времени нельзя было служить в армии. ... Есть множество корпоративных рабочих мест, которых вы не сможете выполнять, если деколонизируете свое тело ".

Имейте в виду, говорит Рукс, что бороться с нормами красоты, вероятно, будет очень сложно. Полные женщины, старые женщины, квир-женщины, цветные женщины и все пересечения подвергаются особому вниманию, даже когда они пытаются соответствовать нормам красоты - не говоря уже о том, когда они сопротивляются им.«Мы можем жить в мире, где мы пытаемся бороться с этими всеобъемлющими повествованиями», - добавляет Рукс. «Но силы, противодействующие этому во многих частях мира, - это настоящий встречный ветер».

Когда мы говорим о личной красоте, наличие рутины красоты вообще означает, что вы сознательно или неосознанно принимаете идею о том, что вам нужно изменить . По тому, как падают волосы, или по сиянию кожи, или по завитушке ресниц - это будет красивее, если вы потратите время и деньги, чтобы изменить их.

Итак, вернемся к актуальному вопросу: как вы деколонизируете идею о том, что ваше естественное «я» неадекватно?

Вы могли бы возразить, что глубокий способ деколонизации вашей рутины красоты состоял бы в том, чтобы не отказываться от нее, и просто сказать: «Мое тело и лицо ценны и красивы без изменений».

Еще один действительно радикальный шаг - это попытаться отвергнуть личную красоту как меру ценности.Многие утверждали, что красота не должна быть предпосылкой, как это часто бывает, для того, чтобы к ней относились с уважением, добротой или личной автономией.

Как бы то ни было, процесс деколонизации вашей косметической рутины, вероятно, приведет к тому, что многие люди будут чувствовать себя неуютно из-за вашей внешности. Это также единственный способ изменить нормы красоты. Итак, вы должны знать свою политику. Что вы пытаетесь сказать своей косметической рутиной? И с какими ужасными истинами вы готовы иметь дело?

Есть ли у вас мысли / вопросы / чувства по поводу расы? Нужен совет по расе в вашей жизни? Ждем вашего ответа! Напишите нам по телефону CodeSwitch @ npr.org , указав в теме письма «Спросите о смене кода», или заполните эту форму и сообщите нам подробности.

.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *